Книга Мой свет средь миров, страница 41 – Мила Юстус

— Марк, оставь её в покое, — одёрнула его стоящая рядом женщина. — Ты же знаешь, что у Весты умерла мама, неудивительно, что она начала фантазировать. Это обычная защитная реакция детей.

— Мам, я и не собирался разговаривать с ней, — попытался оправдаться мальчишка. — Ладно, пойду, сейчас уже ребята придут.

Веста сделала вид, что ничего не услышала, присела на качели и стала неторопливо раскачиваться. Она подняла глаза к небу и уныло вздохнула. Бездонный голубой небосвод безразлично взирал на неё сверху. По нему лениво плыли пушистые серые равнодушные тучи.

— Что, ждёшь, когда мамочка помашет тебе с облачка рукой? — внезапно услышала она язвительный смех соседа за спиной.

— Отвали, — насупившись, сквозь зубы выдавила Веста, остановившись. — Иди куда шёл.

— А то что? Позовёшь свою маму, и она погрозит мне крылышком? — не успокаивался он, глумясь над ней. — У тебя совсем крыша поехала, придумать такое.

— Я не придумываю. — Она резко поднялась с качели и обернулась к нему. — Я видела ангела, и он рассказал мне об этом.

— Ну так покажи его мне, — язвительно рассмеялся Марк. — Тогда я извинюсь перед тобой и больше не скажу ни слова.

— У него, в отличие от тебя, много дел. — Веста нервно передёрнула плечами. — Он обещал, что мы ещё встретимся, и я уверена, так и будет.

— Ангелы не существуют, — продолжал он смеяться над ней. — Только такая идиотка, как ты, могла поверить в детские сказки.

— Неправда! — горячо возразила она. — Я лично видела и разговаривала с ним.

— Да это шёл какой-то псих и решил подыграть, — разозлился неожиданно Марк, видя такую защиту с её стороны. — А может, он трогал тебя?

— Не говори о нём так! — Слова мальчишки напомнили, как ангел исцелил её коленки, и девочка покраснела.

— Значит, я прав, твой ангелочек лапал тебя, — неверно истолковал он её смущение. — Мама говорит, что только извращенцы трогают детей, а ты его ангелом называешь.

— Мой ангел — не извращенец, — от злости Веста сжала руки в кулаки. — Ещё раз будешь обзывать его, то я…

— Ой, как страшно, — перебил её Марк и ухмыльнулся. — Что ты мне сделаешь, чокнутая сиротка? Извращенца своего позовё… Ай.

Он не сумел устоять на ногах и свалился на землю от неожиданно крепкой пощёчины. Марк порывисто схватился за щёку, на которой наливался тёмно-красным внушительный след от удара, и с некоторым испугом взглянул на стоящую над ним хрупкую девочку.

— Не смей. Называть его. Извращенцем. — отчеканила она угрожающе тихо. — Ещё раз услышу — снова получишь.

— Ты сумасшедшая, — истерически бросил Марк и проворно удрал.

Веста устало присела на скамейку и вновь подняла потемневшие глаза к небу. Колкие слова соседского мальчишки мукой отзывались в ней, не давая покоя. Они, словно змеи, проникали в сердце и зарождали там сорняки сомнений, вызывая нестерпимую боль.

— Помнишь ли ты меня, ангел? Придёшь ли когда-нибудь снова? — По её щекам покатились безудержные слёзы. — Я буду ждать тебя всю свою жизнь, и может, хотя бы после смерти, мы сможем снова встретиться…

— Веста, не плачь, — знакомый любимый голос тихо позвал её. Тёплые родные руки бережно обнимали. — Ты в безопасности.

— Ратмир, — глухо выдохнула она и подняла тяжёлые веки, стараясь отрешиться от болезненных воспоминаний прошлого.