Книга Мой свет средь миров, страница 76 – Мила Юстус

Внезапная близость возлюбленной вскипела в крови отчаянной потребностью сделать её своей. Филакас глухо вздохнул и измученно прикрыл глаза. Безудержный огонь неудовлетворённого желания безжалостно терзал его, заставляя сходить с ума от едва сдерживаемого влечения.

Ратмир чувствовал, что ещё немного и они нарушат грань дозволенного, но его малышка заслуживала большего, чем примитивная животная близость. Ему претила сама мысль воспользоваться ради утоления своей плотской жажды тем, что жар страсти впервые коснулся её.

Филакас призвал на помощь всю свою силу воли и с трудом сумел взять себя в руки. Он поспешил отстраниться, не веря собственной выдержке. Подхватил Весту на руки и понёс к кровати. Она доверчиво прижалась к его груди и в упоении прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением близости возлюбленного.

Ратмир опустил её на постель, заботливо укрыл одеялом и прилёг рядом. Он с нескрываемой любовью смотрел на неё, бережно гладил щёку и ласково пропускал сквозь пальцы шёлковистые локоны. Она потянулась к нему, жаждя поцелуя, и филакас покорно обнял её, трепетно коснулся губ и тут же отстранился.

Нежность возлюбленного доводила Весту до исступления. Ей хотелось ощутить под пальцами тепло его тела. Отдать Ратмиру всю себя, чтобы чувства поглотили её без остатка, пока была такая возможность. Она попыталась освободиться от одеяла, но он с мягкой улыбкой пресёк все попытки.

Неожиданно Весте пришло в голову, что в предстоящем сне Атанасиус обязательно проникнет в её подсознание и узнает обо всём. Землянка вздрогнула и невольно отпрянула от возлюбленного. Она лишь сейчас осознала, что идя на поводу у своих желаний, только подписывает Ратмиру смертный приговор.

— Я… Я обещаю, что больше не стану пытаться убить себя, — дрогнувшим голосом, дала слово Веста. — Не беспокойся обо мне, иди отдыхай.

— Переживаешь из-за Атанасиуса? — догадался он.

Она судорожно сглотнула и, не в силах ответить, кивнула.

— Спи, мой Свет, и ничего не бойся, — тихонько прошептал филакас ей на ухо и коснулся её лба целомудренным поцелуем. — Я теперь всегда буду рядом и не позволю ему причинить тебе боль.

Веста обречённо вздохнула, положила голову возлюбленному на грудь, и послушно закрыла глаза.

Неяркий свет ночного светила настороженно проникал через высокое окно и мягко рассеивался бледным мерцанием по комнате. Его приглушённое сияние ложилось тусклыми бликами и предоставляло филакасу прекрасную возможность получше рассмотреть возлюбленную.

Тёмно-русые волосы в очаровательном беспорядке разметались по светлой подушке. Длинные ресницы слегка дрожали, покоясь на нежно-розовых щеках. Припухшие от поцелуев губы соблазнительно приоткрылись, невольно маня. Ратмир с благоговением глядел на лицо спящей и не мог наглядеться.

С её появлением в его жизни, единственной мечтой стало лишь одно. Он желал засыпать и просыпаться рядом со своей возлюбленной. Но все в мире, будто сговорились и дружно мешали этому. Филакас был убеждён, что если бы не появился Атанасиус, то они с Вестой благополучно проводили бы дни обучения вместе. А после — связали бы воедино свои пути и уже никогда не расставались.

Неожиданно землянка заворочалась. Прядь волос скользнула по лицу и легла ей на глаза. Ратмир спешно потянулся, чтобы поскорее убрать её. Веста вдруг высвободила руку из-под одеяла и опустила её прямо на него. Он невольно улыбнулся и отвёл непослушные локоны. Взял девичью ладонь в свою и легонько коснулся губами пальцев.