Книга Брак вопреки. Сладкая ложь холодного дракона, страница 16 – Аннета Керн

— Покажи скамью. Если неизвестный искал ключ среди маминых рецептов, он уже знает о связи, и мне нужно понять ее раньше.

Кайрус взял рецепты и направился к двери, я забрала шкатулку, не собираясь ни на секунду ему ее доверять.

В оранжерее было теплее, чем в доме. Серое утро за высокими стеклами казалось еще холоднее рядом с влажным блеском листьев и густым цитрусовым запахом. Скамья стояла в дальнем конце оранжереи, почти скрытая разросшимся кустом. Пятилистный цветок… Все так, как я помнила.

Я опустилась рядом, положила шкатулку на колени и провела пальцем по вырезанным лепесткам.

Цветок на крышке повторял рисунок почти до последней линии. Та же круглая сердцевина, те же мелкие завитки и чуть вытянутый верхний лепесток. Совпадением здесь не пахло, сколько бы мастеров ни работало в Империи.

— Откуда ты знаешь этот знак? – спросила я, сравнивая узоры.

— Он встречается в северных донесениях. Такие цветы оставляют возле тайников… мест передачи, иногда ими обозначают ключ.

— Значит, эта скамья могла быть тайником?

— Внутри ничего нет. Да и если внутри что-то было, дерево за годы рассохлось бы в оранжерее, она без магии, а на соединениях остались следы.

— Тогда знак указывает не на скамью, – решила я. – Он связывает это место со шкатулкой. А рецепты или заметки должны объяснить что-то еще.

Мы разложили мамины записи на свободной половине сиденья. Кайрус проверял пометки на полях, повторяющиеся числа и знаки, а я читала сами рецепты, хотя уже несколько раз делала это в магазине.

Вишневый пирог, ореховое печенье, ванильный крем, глазурь с корицей. Где-то мама указывала точное количество продуктов, а где-то оставляла одно короткое напоминание, потому что остальное знала наизусть. Некоторые страницы были переписаны, перечеркнуты, и увидеть намеренный знак среди исправлений оказалось почти невозможно.

Кайрус протянул мне лист, на котором несколько раз повторялась цифра пять. Я лишь мельком посмотрела, потому что Мартин мне тоже указывал на совпадение.

— Здесь нет шифра. Сначала мама записала пять ложек масла, потом поняла, что тесто растечется, и исправила на три. Пять минут относятся к крему, ничего такого.

— Уверена?

— После пяти минут в печи ты получишь теплую жидкую муку, Кайрус…

Дракон отложил лист, признавая, что в самом деле загадки нет. Мы дошли до последней трети стопки, когда из тетради выпала сложенная страница. Апельсиновый тарт. Все рецепты с ними проверили с Мартином в первую очередь.

— Мама готовила его только зимой, – вдруг произнесла, разглаживая лист на коленях. – Когда удавалось достать хорошие апельсины. Говорила, что летом такой запах никому не нужен, он для Рождества.

Кайрус посмотрел на дерево, чьи ветви клонились под плодами. Я уже собиралась убрать страницу к остальным, но она соскользнула с пальцев. Наклонилась, приподняла и замерла.

Лист, поднесенный ровно напротив рисунка на скамье, приглушенно засветился, а чернила стали исчезать, будто их кто-то выжигал.

— Кайрус, – позвала я чуть испуганно.

Он мгновенно присел рядом. Когда записи мамы исчезли, появились новые.

Апельсин. Ваниль. Вишня. Соль. Мята.

Под последним Элиза нарисовала маленький цветок с круглой сердцевиной и пятью лепестками.

— Это может быть рецептом? Среагировал лист явно на цветок.