Книга Фамильяр для темной леди, страница 36 – Любовь Черникова

Кстати, почему в таком случае он все еще в ТАЛИСМАНе?

Впрочем, это мне на руку. Пока Зейд в академии, у меня куда больше шансов добиться желаемого.

Я было направилась к его столу, но меня опередили. Катишь Дюваль — та самая брюнетка и ее подруга, которые пытались облить меня краской, уверенно подсели за стол к парням, заняв свободные места.

Интересно, а их как-нибудь наказали за тот случай с волосами магистра Стэра, или нет?

Брюнетка что-то спросила у Зейда. Тот ответил, улыбнувшись вполне дружелюбно. Парни рассмеялись, подружка Катишь смутилась. О чем именно они говорили, я, конечно же, не слышала, но все очень напоминало дружеские посиделки. Ощутив внезапный укол ревности, я направилась к раздаче.

Ну и ладно. Подойду позже, когда он останется один.

У меня к нему деловое предложение, а не шуры-муры. Да и обсуждать то, что я узнала, при посторонних было бы неправильно.

Положив на тарелку отварное мясо с гарниром из овощей, налила себе ароматного чаю с травами и отправилась к своему излюбленному столику в углу — на отдалении от остальных.

Все время, что ела, аккуратно наблюдала за компанией Дракса и раздражалась все больше. Катишь поменялась местами с призывателем и уселась по левую руку от Зейда. Они откровенно флиртовали, никого не стесняясь. И за столом компашка задержалась дольше, чем было нужно.

Наконец они поднялись и направились к выходу. Я тут же последовала их примеру, держась на отдалении. Катишь бесстыдно повисла на руке у Зейда. Ее подружка тащилась сзади в компании призывателя и, кажется, не слишком была этому рада. Некромант шагал наособицу, но активно участвовал в беседе. Он первым покинул друзей, потом отвалилась подружка Катишь, которую подрядился проводить Грэм.

В итоге Зейд с брюнеткой остались вдвоем, и та уверенно потянула

— Решили подышать свежим воздухом перед сном? — Я застыла в нерешительности, размышляя, не стоит ли перехватить Зейда, когда он будет возвращаться?

Вот только уверенности, что это произойдет скоро, у меня не было, а шарахаться у мужского общежития в такое время, я посчитала недостойным леди занятием. Чуть более недостойным, чем шарахаться в парке, где это не так заметно.

Было сумеречно. Заливалась песней ночная птица. Легкий ветер шевелил кроны деревьев, пахло цветами и зеленью. Сплошная романтика! Похоже, у нашего ректора тоже выдался тихий и уютный вечер, что отразилось и на погоде. Нырнув под сень деревьев, я бесшумно ступала по мягкой, влажной от росы траве, не выпуская сладкую парочку из вида.

Брюнетка вцепилась в руку Зейда и переплела пальцы, утягивая его за собой в сторону от дорожки. Сгорая от необъяснимой ревности и с трудом подавляя желание прибить эту дуру гвоздями к старому дубу, к которому та прижалась спиной, я скользнула ближе.

А потом еще ближе, потому что с места, где я находилась, не было слышно, о чем они разговаривают. Катишь откровенно красовалась, томно изгибаясь, строя глазки и принимая соблазнительные позы. Зейд медленно водил пальцем по ее плечу…

Меня это ужасно бесило!

— Ты мне не жена, не невеста и даже не являешься моей девушкой, Катишь. Ты не смеешь мне указывать, — услышала я, затаившись за ближайшим деревом с толстенным стволом в три обхвата.

Надо же! А по расслабленной позе темного и по его выражению лица нельзя было заподозрить подобное содержание беседы.