Книга Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха, страница 122 – Александр Вайс

— Любовался видами и эффективно использовал заряд, красиво здесь, – ответил я, проходя через разлом. Тело резко потяжелело. Нормальная гравитация некоторое время казалась удивительно высокой. Обычное ощущение после невесомости и крохотных планеток с сильно пониженной гравитацией.

— Мистер Ауэр! – воскликнул начальник как-то подозрительно расстроенно.

— Ставили на то, что я убился? Я не в обиде, – усмехнулся я, видя, как край его губ дернулся. – Доставка ваших заказов, попрошу зафиксировать.

Я стал выкладывать все, что заказали у Корпуса, включая те плоды в желтых цветочках. За каждый плюс четыре тысячи, между прочим. Тринадцать небольших контейнеров, больше в карманы не поместилось. За саму миссию мне не платят, это моя обязанность, но группам за головную боль дополнительных задачек доплачивают, иначе на них бы плевали. А если включать в основную миссию, начинались вопросы: «А какого хрена разведчики должны выполнять задачи добывающей экспедиции?»

Итого пятьдесят две тысячи в карман! Сегодняшнюю трату отбил. И еще что-то получу, сбыв на базе прихваченное лично себе. Итого у меня сто две тысячи. Скоро капнет восемь тысяч как новобранцу, что в любой момент готов идти защищать Иллион своей грудью и заниматься подобными миссиями. В общем, почти половина на самый хреновый личный броник есть. Надо бы поднажать.

Хм, а чего это я туплю? Может, продать разработанную технику ядра? Софии я ее подарил, но не передал в исключительное пользование. Заодно меня заметят. Так делают не часто, но отдавать ее Ауэрам… было бы правильно, но после того, как меня отец практически из дома выпнул, как-то не хочется. Уверен, Эзра просто кивнет и чуть смягчится, но вряд ли выдаст броню. Тем более техника хоть и очень хорошая, но не настолько, чтобы мне за нее «все простили», а деньги я таким образом заработаю. Отдал бы гравитонку… но я не хочу выпускать на свободу такое, и вот после «изобретения новой стихии» меня действительно могут захотеть посадить в лаборатории и заставить развивать ее дальше. Хотя сначала все же позвоню.

— Благодарим за сотрудничество, мистер Ауэр, – отвлек меня от мысли начальник, когда собранное мной перепроверили.

— Хорошего дня, – кивнул я и снова взлетел, направляясь к Мельхову. Рассчитал так, чтобы долететь туда заряда хватило. Пока летел, отправил сестре фотки, для которых мне достаточно было дважды моргнуть, так что снял много пейзажиков. Лили мне тут же позвонила.

— Братик, что это?! – воскликнула она.

— Осколок СИ-9 «Скалистое море безмятежности». Был там на миссии.

— Круто, хочу туда! Но не смогу, – вздохнула она. Конечно, кто пока еще обычного человека без нужного умения пилотирования пустит в такое место. – Спасибо за фотографии! Выберу самые красивые и на стену себе повешу! Честно говоря, уже скучаю. Ой, а что это за броня на тебе? Ха-ха, ты так забавно сумками и снарягой обвешан!

— «Крайт», облегченная. Понял, что люблю подвижность прежде всего остального.

— Он же устаревший! – воскликнула сестра после короткого молчания.

— Мне другие легкие пока не положены. В остальном можешь передать вопрос отцу, почему на складе собирает пыль «Пустельга», а сын носится по другим осколкам в казенном «Крайте». Нет, я не жалуюсь и вообще шучу. Это его из себя выведет, не делай так. Я уже чисто из принципа не возьму, если у него такая риторика, пока он не признает, что ошибся. Кстати, броник неплохой, не считай его таким уж устаревшим.