Книга Короткие рассказы, страница 2 – Наталья Булычева

Я пытался, поговорить с ней, да! И непременно сделал бы это, но меня гложет бездонное чувство вины…Быть может я что то делаю не так? Она чувствует себя одинокой со мною, она молода и трепетна, как могу я ее упрекать в чем то? Как смею я? Это будет, похоже на вандализм, я не могу ранить ее чувства!!! Я не могу….

Я хочу признаться в собственном малодушии, как только до меня дошли слухи о том, что мастер по починке обуви, Илья и моя супруга любовники. Я помышлял заточить соперника в тюрьму, за какую то, провинность предварительно, конечно предоставив (как будто бы волею случая) ему эту провинность совершить. Но…Но я опять же не смог….Ибо уверен в том, что Катя, будет ждать его, а меня ненавидеть.

Я слаб! Моя душа в экземах от ревности, будто обожженная кислотой, а теперь мучения мои достигли своего апогея — хранительница очага решила покинуть дом.

Екатерина была бледнее обычного, все старания скрыть свою бледность вызванную, душевным волнением, с помощью пудры, были четны. Ярко красное шелковое платье с туго затянутым корсетом, делала свою владелицу еще боле миниатюрной, если вообще возможно как то, улучшить совершенную красоту, с помощью нарядов. Волосы темно русого цвета собранные в высокую причёску, она то и предавала, моей зазнобушке, вид помпезной королевы.

Настал час, когда ночь, за окнами, разинула пасть, выставляя напоказ чёрное нёбо. И дыханье её было приторно сладким от июльского зноя, властвовавшего дни напролёт.

Катя стояла в пол оборота от меня у зеркала. И говорила, моему отражению: «Павел, я хочу быть с с ним! Я больше не вернусь, просить прощения не буду, потому, что за любовь не извиняются…»

Отражение моё молчало. Тот зеркальный двойник, напоминал мне — подлинному Павлу Даниловичу, человека который слышит в свой адрес короткое, страшное слово: «Казнить!»

Жена моя, по всей вероятности, тоже уловила необычайную перемену в силуэте моего отражения. Потому, что резко обернулась и вскрикнула, как то слишком просто для ее надменного нрава в манере деревенских баб: «Что ты молчишь?! Я — падшая! Скажи мне об этом! Скажи, ругай меня гнусными словами! Тебе станнит легче…»

Но ничего похожего я не произнес. Непонятно почему, мозг мой вдруг стал выдавать из глубин подсознания, бессвязные фразы из уголовных дел, рассмотренных, когда то мною: «Зарубил топором супругу и ее любовника….», «Находясь в пьяном, состоянии убил… жену…» Убил свою супругу, после чего застрелился сам….» УБИЛ ЖЕНУ…обвиняемый УБИЛ СВОЮ ЖЕНУ из ревности….» Из всего этого скопа бессвязных, фраз, я сосредоточился на одной, ее же и озвучил обращаясь к супруге:

«Катенька, накинь шаль прохладный нынче ветер» Она послушно укутала свои плечи в пестрый отрезок бархата и ушла, из дому так просто как из вскрытых вен уходит жизнь….

Ничего необычного в жизни героини этого рассказа не случалось за все 26 лет ее жизни. Кроме имени, ведь зовут девушку Регина, работает она кассиром в продуктовом супермаркете и еще подробатывает уборщицей Свои одинокие вечера заполняет она сериалами и чтением любовных романов, реже случаются встречи с подругами. Еще она время от времени пытается найти любовь на сайте знакомств, но уже без надежды на успех.

В душе Регина уже свыклась с ролью одинокой разведенки — кошатницы, и не ропщет на свою судьбу оправдывая свое одиночество, тем что хороших, серьезных мужчин теперь катастрофически мало и раз ее брак с Евгением Решка не сложился, ввиду того, что она не готова была согласиться с ролью домработницы и кормилицы, какую ей отвел игроман Женя, пока сам забросив работу автослесаря почти сразу после их свадьбы день и ночь пропадал в компьютерном клубе, компьютерная игра его требовала вполне реальных денег, и он наживал долги и тащил из их и без того, бедненькой квартиры более-менее ценные вещи. Время от времени, на телефон Регине звонили агрессивно настроенные кредиторы и требовали вернуть долги мужа, а бывало, что и заявлялись к ним домой парни бандитского вида, и с угрозами и матерными словами заявляли, о баснословных суммах задолженности, которая раз от раза становилась все более и более существенной. Однажды даже дело имело такой серьезный поворот, что опасаясь за жизнь мужа продала свою собственную квартиру и все деньги отдала коллекторам.