Книга Разбитная разведёнка, страница 227 – Таня Балер

— Нам нужно поговорить. — объявил Адоев и, схватив Сашу за руку, потянул её в сторону лестницы.

— Конец воздержанию. — ухмыльнулся Руслан, услышав хлопок, с которым закрылась дверь хозяйской спальни.

А Женя кусала щёку, чтобы сдержать порыв высказать мужчине всё, что она думает о таких советчиках, которые либо специально вредят чужим отношениям, либо являются заносчивыми засранцами, уверенными, что разбираются во всём на свете.

Чтобы хоть как-то отвлечься, Женя подошла к окну, чтобы проверить, чем во дворе занят сын. Весь загвазданный в земле, он помогал Балу рыть яму, и Евгении оставалось только порадоваться, что её ребёнок достаточно самостоятельный, чтобы самому отмыться. А вот обитателям этого дома очень повезёт, если они смогут затащить пса в ванную, прежде чем он оставит повсюду следы от грязных лам.

— Слышишь, кажется, душ включили? — обратился к ней Руслан. — А прошло то минут десять, как они ушли. Ну и кто после этого спринтер?

— Спринтер? — не поняла Женя.

— Ты меня так назвала. — ответил он с какой-то детской обидой, так не соответствующей его внешности и самоуверенности.

Ей понадобилось время, чтобы восстановить в памяти момент, когда она могла ляпнуть такую глупость. Но стоило ей это вспомнить, как она рассмеялась.

— Какой же ты придурок. И думаешь только об одном.

— Хватит меня оскорблять, женщина. Я у мамы джентльмен, но всему есть придел. — оскалился Руслан.

— Я говорила об отношениях. Что у тебя они завязываются стремительно и быстро заканчиваются. — продолжая посмеиваться, объяснила Женя. — А в том смысле, на который ты подумал, тебя можно кроликом назвать. Я уже смутно помню, как той ночью всё происходило, но ты меня точно впечатлил.

Руслан не помнил, когда именно услышал передачу, в которой рассказывали об исследовании ученых, доказавших, что мужчинам намного сложнее воспринимать женские голоса, нежели голоса собратьев по полу. Тогда он был занят другим делом, и не остановился у телевизора, чтобы послушать и выяснить причины этого явления. Но суть запомнил, и не раз в последствие замечал верность этого утверждения касательно себя.

Женщин Руслан не принижал, прощал им больше, чем мужчинам, но и не идеализировал. Точно знал, что есть бабы клинические дуры, есть наивные глупышки и прошаренные девахи, есть стервы тупые и умные. А ещё есть сообразительные тётки, с чуйкой, с честью, которой многим мужикам не хватает, и с некрасивой историей в прошлом, из-за которой они и стали «мощными тётками».

Отдельно от всех была мама. Со школьным образованием, опытом, который в неё жизнь чуть ли не вбивала, какой-то особенной мудростью и силой воли, подпитываемой шутливым отношением, как к удачам, так и проблемам.

И всё, что ему говорила мама, мужчина помнил, просьбы, озвученные подругами, улавливал, но долгие речи и рассуждения действительно воспринимались сложно. Ему требовалось быть более внимательным и собранным, когда предстояло услышать и быстро обработать информацию от представительницы прекрасного пола. Поэтому когда Руслан достаточно раскрутился, чтобы заиметь себе помощника, на вакансию серкретарь-референт он рассматривал не только девушек, с которыми, если постараться, можно было воплотить фантазию о шефе и его сексуальной секретарше, но и усидчивых пареньков. И чей-то родственник, которого чуть ли не за руку привели к Руслану, отрекомендовав как ответственного и исполнительного работника, отлично справлялся со всем, что на него скидывал начальник.