Книга Разбитная разведёнка, страница 243 – Таня Балер

А на третьи выходные после празднования свадьбы Адоевых на Женином пороге появился Руслан. Он был в расстегнутом пальто, привычном костюме с белой рубашкой и с двумя большими пакетами.

— Какой у тебя халат… — так и не смог подобрать достойное определение мужчина, стоило ему раздеться и пройти в кухню.

Помня, что уже успела задолбать его своими нравоучениями, Женя не стала указывать ему на то, что если хочешь, чтобы тебя встретили при полном параде, нужно предупреждать о своём визите заранее.

— Гришин папа подарил. — пожала она плечами.

— Я бы такое жене не купил. — опустившись на стул, с уверенностью произнёс Руслан.

— Не будь так категоричен, ещё неизвестно как ты себя с женой поведёшь. Да и я на тот момент уже бывшей женой была.

Глядя на то, как он нервно барабанит по столу длинными смуглыми пальцами, Жене хотелось невежливо выдать: «Чего припёрся?», но она была воспитанной девочкой и молчала, дав незваному гостю собраться с мыслями.

— Я тут кое-что принёс. — указал он на пакеты, которые поставил в центре кухни. Тонька уже попыталась в них влезть и Жене ничего не оставалась, как начать их разбирать.

В первом пакете оказалась упаковка специального корма для такс, а из второго она достала две бутылки вина, пачку хорошего кофе и жевательный мармелад. Пока Евгения рассматривала презенты, Руслан без привычной уверенности в голосе, подбирая слова, поделился тем, что почитал о женской контрацепции в целом и о спирали в частности. Жене оставалась лишь порадоваться, что Гриша, сидя в спальне, где по непонятной причине лучше всего работает интернет, в наушниках смотрит что-то на своём планшете и не только не слышит новой для себя информации, но и не знает, что кто-то пришёл.

Она собралась иронично похвалить Руслана за то, что со всей ответственностью подошёл к вопросу предотвращения нежелательной беременности для своих будущих партнёрш, но он не дал ей этого сделать, сбив с толку неожиданным вопросом.

— Тебе нравится иметь ребёнка?

Такой вопрос можно было ожидать от Саши, которая склонна к философским размышлениям, или даже от самого Гриши, но не от Руслана. Для проформы мужчина может спросить о том, любишь ли ты детей, а если он имеет на свою собеседницу виды, то может поинтересоваться, скольких детей ей бы хотелось иметь. Но Руслан прямо смотрел Жене в глаза, и всё выглядело так, будто ему важен её искренний ответ.

— Большую часть времени.

— Я сейчас туго соображаю. — признался он, шумно выдохнув. — Поэтому ответь более развёрнуто и попроще.

Жене казалось, что на вопрос о том, нравится ли ей иметь ребёнка, она ответила максимально честно и не знала, что ещё можно добавить.

«Наверное, для того, у кого нет родительского опыта, это может прозвучать неоднозначно, словно я не всегда люблю своего сына?» — предположила она. Они с Русланом были связаны. Если бы не секс, их можно было считать приятелями, еще их можно считать любовниками, но тут было что-то большее, чем случайная и скоротечная интрижка. Евгения ещё не определила, кем для неё является друг Адоева, но его мнение её заботило, и выглядеть в его глазах чёрствой злыдней не хотелось.

— Это постоянный страх. Есть, конечно, и другие чувства, но страх идёт в первых рядах. Страх, что твоего ребёнка обидят, сделают больно, похитят. Или же он сам захочет причинить вред себе и окружающим. А ещё чувство неуверенности в том, что ты даёшь ему всё, что нужно, как в плане, любви и заботы, так и материальное обеспечение его нужд.