Книга Разбитная разведёнка, страница 269 – Таня Балер

Выпив на кухне воды, Руслан вернулся к Жене и потёрся слегка колючим подбородком о её колено. Его дыхание теплом огладило нежную кожу и захотелось сказать что-нибудь сентиментально-глупое.

«С такими умениями ему после каждого секса дифирамбы поют, а то и в любви признаются — одёрнула себя Евгения. И в её голове появилась куда более прозаичная мысль. — Это я сегодня гладкая и пахну маслом, а ведь раз он с женщиной не жил, то и не знает, что и я могу его щетиной уколоть».

Представив, как недоумевающий Руслан отбрасывает одеяло, желая понять, почему это кожа женских ног вдруг престала напоминать шёлк, и обнаруживает вросший волос, превратившийся в прыщик, или раздражение от бритья, а вместо кружевных трусиков, видит хлопковые панталоны и отпечатавшуюся на животе полоску от колготок, Женя фыркнула.

— Что? — спросил он.

— Думаю о нашем будущем.

— Всё будет хорошо, я об этом позабочусь. — обещание Руслана прозвучало так серьёзно, что Женя растерялась, не зная, нужно ли на это что-то отвечать. К счастью, мужчина сам всё разрулил, уже привычно скривив губы в призывной ухмылке и заявив. — А пока нам нужно ещё раз потренироваться.

В фантазиях усталого обывателя иметь бизнес и быть самому себе начальником — равнозначно тому, что можно приезжать на работу, когда хочется, и отдыхать, сколько душе угодно. На самом же деле, за редким исключением, впахивать предпринимателям приходится не меньше, чем тем, какого они наняли. Чтобы деньги работали, их нужно вкладывать, а чтобы работали люди, их нужно не только стимулировать зарплатой, но и показываться перед их очами своим суровым начальственным ликом и своим примером наставлять на рабочий лад.

Поэтому первым гостеприимный дом Адоевых покинул Руслан Кимович, который, выпив кофе в компании Олега и Жени, отбыл в город ещё до девяти утра. Но перед этим успел пообщаться с Григорием Майоровым. Мужчина уже обувался, когда ребёнок спустился на первый этаж, поэтому прощального поцелуя от его матери он не дождался, зато получил рукопожатие от мальчика и разрешение самому выбрать себе подарок. Выбор был невелик: рыбка, лягушка или журавлик из бумаги.

— А ты их долго складываешь? — спросил Руслан.

— Ну так. — пожал плечами ребёнок.

— Тогда всех заберу.

— Нравятся? — довольно улыбнулся Гриша. — Я могу научить, как их делать.

— Так хорошо у меня всё равно не получится. Лучше я их у тебя куплю. — предложил мужчина, достав из кармана пальто портмоне.

Выглянувшая из кухни Женя не успела ничего сказать, как в ручонке её сына появилась тысячная купюра. Тогда она сурово вдвинула брови, упёрла кулаки в бока и откашлялась, привлекая к себе внимание. Забавно, что именно Руслан сник по её строгим взглядом, а вот Григорий, на которого и было направленно её неодобрение, виноватым не выглядел.

Тётя Оля и Алексей, как только Гриша пошёл в школу, стали подсовывать ему деньги. Иногда после общения с бабушкой и дедушкой ребёнок имел в кармане пару сотен «на сок и пирожное». Ничего против этой практики Женя не имела, но сразу же строго-настрого запретила сыну брать деньги от кого-то кроме ближайших родственников.

— Мы же на машину откладываем. — не смущаясь, заявил ей юный коммерсант.

— Откладываем?

— Ты так бабушке Лене говорила.