Книга Разбитная разведёнка, страница 276 – Таня Балер

— Машина новая. — согласился он, и приготовился попрощаться. — Был рад тебя увидеть, Марин, но меня…

— А с мамой всё хорошо? — не дав ему закончить, задала следующий вопрос женщина.

Обычно о семье Руслан со своими подругами не разговаривал, но с Мариной это вышло само собой. Видимо роль сыграло то, что она, как и он сам, была привязана к матери и росла без отца. Тот исчез, оставив им две комнаты в коммуналке, которые они не имеют права продать. Марина маму очень любила, разговаривала с ней каждый день, но как только стала зарабатывать, съехала на съёмную квартиру, чтобы больше никогда не делить с соседями кухню и очередь в туалет.

— Хорошо, вот недавно поклонника себе завела. А у твоей как? — спросил он, замявшись от того, что так и не вспомнил имени старушки. Пусть лично они и не были знакомы, но Марина часто её упоминала.

— Мамочка умерла. Я уже второй месяц без неё.

«Поздоровался, блять! Нужно было сидеть в машине, пока Женька сама не подойдёт! — мысленно выругался Руслан. А потом, взглянув в сторону клиники и обнаружив, что Женя исчезла, он рефлекторно сделал шаг вперёд, желая выяснить, куда она подевалась, но стоящая напротив Марина решила, что он делает этот шаг к ней и прижалась к нему, ища утешения. — Твою мать!»

Включить режим козла и отпихнуть от себя бывшую любовницу, было бы легко, но в памяти всплыл разговор с Женей, когда она рассказывала о смерти своего отца. Он уже облажался, проглядев то, как она ушла, а теперь ещё и собирается в схожей ситуации копировать поведение её бывшего мужа? Вот Руслан и стоял на месте, позволяя Марине выговориться. А её словно прорвало, она говорила и говорила:

— …мамочка несколько недель болела, а потом раз — и не проснулась.

Пока женщина изливала своё горе, с потерявшейся Жени мысли мужчины переключились на мать. После знакомства с её другом, Руслан толком с ней не разговаривал, посчитав, что раз доисторический ловелас обижать её не собирается, то ему стоит отойти в сторону и не мешать матери принимать ухаживания.

«Надо к маме зайти и проверить, не забывает ли таблетки пить. А то от этой любовный дребедени и не такое забыть можно». - решил он.

Марину было жаль, многочисленные знакомые могут помочь развеяться, но от чувства своего одиночества не спасут, и раз ей достаточно было одного упоминания мамы, чтобы начать плакать, она всё ещё остро переживает её потерю. Руслан всё это понимал, сочувствовал, но при этом не забывал и о себе, поэтому нащупав в кармане телефон, осторожно достал его, стараясь не потревожить прижавшуюся к его груди женщину, и попытался дозвониться до Жени, но не вышло.

Когда Марина успокоилась и, отлипнув от него, принялась извиняться за свой срыв, Руслан покивал и, сказав, что спишет, оставил её у машины одну, поспешил к клинике.

За стойкой регистратуры стояла девица, чей рост превышал его собственный, что натолкнуло мужчину на мысль, что мимо великанши незаметно Женька прошмыгнуть не могла, и если она зачем-то вернулась, то девушка-шпала её наверняка видела.

— Здравствуйте. Вы кого-то ждёте? — обратилась она к Руслану.

— Да, она уже должна была освободиться, а её нигде нет. — пожаловался он, не зная, нужно ли говорить для чего именно сюда приходила Женя. Хоть рядом и не крутились другие пациентки, а на стенах не висели плакаты с женской анатомией, чувствовал он себя в этих станах инородным элементом и принялся молоть ерунду. — Она была записана на десять. Сама маленькая, а пуховик большой и зелёный, она в нём на кочку мха похожа.