Книга Любовь проходит?, страница 60 – Таня Балер

Касательно жены Костя был уверен, она бы из-за такой фигни не расплакалась. И Саша тоже. Характеры у них такие. Они обсмеют и поехидничают, если не получится ответить сразу, затаятся, чтобы позже отомстить, сказав какую-нибудь гадость, а не будут плакать, кто бы и что бы им резкое не сказал.

А Ольга оказалась чувствительной.

Он легко представил, как она смахивает слёзы после разговора с ним. Представил той привлекательной Витькиной подружкой, о которой он не мечтал, но питал слабость. В его воображении она плакала. Плакала из-за него.

И эти слёзы были такими чисто женскими, пробуждающими в мужчинах желание покровительственно сказать «ну-ну, всё будет хорошо малышка. Я всё сделаю». Это как когда на глазах девушки умело вкручиваешь лампочку, стоя на шатающимся табурете, устраняешь протечку, ставишь на место задевшего её хама или расплачиваешься за её дорогостоящую покупку, а она в ответ смотрит на тебя как на героя. Только со слезами что-то делать и тратиться не нужно, достаточно прийти и сказать пару ласковых слов. И вот ты мало того, что человеку помог и совесть упокоил, так ещё и получил признательный взгляд, заставляющий расправить плечи, ведь ты настоящий мужчина. Тот самый представитель сильного пола, которому многое по плечу.

И это не жизненно важно, но приятно.

Такое пьяняще-щекочущее чувство, почёсывающее эго. Мужское эго тех, кто не плачет и умеет одним махом решать проблемы.

Вот Костя и решил. Всего-то 300 миллилитров мёда и пара фраз.

Само собой, он не хотел, чтобы его близкие так же грустили по пустякам, нуждаясь в его утешении!

Не льют его жена и сын слёзы? Отлично! Пусть так будет всегда.

Но зачем отказываться от возможности, не напрягаясь, побыть рыцарем для одинокой девы в беде, совершив для неё подвиг по пути с работы до своего дома? Хуже же он никому не сделал и на ужин не опоздал.

Лампочки, засоры в трубах, чистка жёсткого диска и оплата покупок — всё это он так давно делал для Кати, что они оба перестали замечать эти действия. Поэтому всё это не приносило ни ощущения выполненного долга у него, ни восхищенной признательности у неё.

И это понятно.

Они живут вместе, делят быт и постоянно делают друг для друга разные мелочи, даже не отдавая себе отчёта, что делаешь что-то не для себя, а для удобства второй половины. При таком раскладе благотворить за каждое движение просто устанешь.

Да и Катино «Спасибо» независимо от того, буркнула ли она это, томно мяукнула, сыронизировала, простонала или торжественно объявила, такого эффекта не даст.

Костя себе не мог объяснить разницу и свои эмоции, что уж говорить о том, чтобы донести мысли до жены.

Нет. Знать о таком ей точно не следует.

А дальнейшая переписка…

Он снова тормознул. Сообщения невинные, он не подумал, что в совокупности всё это так некрасиво и подозрительно будет выглядеть для Кати.

Но ведь ничего не было! Если бы Оля зазывала к себе, позволила нелестный комментарий о его семье, фотку свою с декольте или в нижнем белье скинула, Костя бы сразу её послал куда подальше.

Однако Оля не вешалась на него. Милой была, когда он к ней приехал извиняться, в глаза заглядывала, благодарила и хвалила, но не вешалась.

А её внимание и интерес к его жизни приятен.

Давно у него не интересовались именно его делами. Костя будто 100500 лет с Катей живёт, и всё у них общее, включая дела, планы и здоровье.