Книга 40 лет: пенсия на горизонте или замуж во Францию, страница 3 – Ирина Головачева

— Оля, Оля! Он приезжает на Новый год! – плачусь я своей подруге – виновнице всего вот этого.

— О, какой молодец! Значит ты ему понравилась, раз хочет тебя увидеть. Бизнесмен просто так деньги тратить не будет! – сделала вывод Оля.

Бизнесмен есть бизнесмен. Слово не расходиться с делом. И вот уже гостиница забронирована, виза получена, даты назначены.

— Ты только одевайся теплее, – предупреждаю я, – на Урале зимой в легкой куртке не проходишь.

Сигнал принят – куртка куплена. Вечером Пьер показывает мне свою обновку.

Сказать, что я жила эти две недели в легком шоке – ничего не сказать. Француз ко мне через три недели. Ой, мамочки!

Мама, она переживала за меня, но никаких советов не давала.

Итак, вся семья поставлена в известность. В доме проведена генеральная уборка и даже косметический ремонт! Спасибо тете за помощь! Ждем француза!

…

Тридцатое декабря, пять часов утра. Мы в аэропорту. Да-да, мы: мой двоюродный брат, на чьей машине мы приехали, дядя, которому было жутко любопытно, сын и я.

Хорошо, что аэропорт небольшой, и всего один рейс из Москвы прилетает в это время. Но все равно беспокойство: «А вдруг не узнаю?»

И тут я вдруг вижу мужчину, который держит плакат с именем нашего гостя. Таксист от турагентства.

— Сынок, смотри, это имя нашего француза! Давай поближе подойдем, так точно не ошибемся!

Подошли, стоим, ждем. Таксист смотрит на нас с удивлением.

Пьер выходит в зал. Отличался ли он особо от других пассажиров? – Нет, ничего особенного в его облике не было. Вязаная шапочка, зимняя куртка, уже знакомая мне, джинсы и ботинки. Нет, это были не обычные зимние ботинки, это были апре-ски – ботинки, которые носят на горнолыжных курортах, когда снимают лыжи. Наш город, конечно, не курорт, но снега хватает.

Поздоровались. Разделились по машинам. Я с Пьером в такси, дядя и сын поехали с двоюродным братом.

И вот тут в машине, когда я увидела его глаза близко, вживую – я пропала! Да, это было как удар молнии – я влюбилась.

Зима на Урале была в самом разгаре: минус двадцать пять; джинсы Пьера стали «стеклянными» на морозе. И первой нашей совместной покупкой были кальсоны. Да-да, теплое нижнее белье. Вот такая вот романтика!

Десять дней, которые мы провели вместе, пролетели незаметно: Новый год, Рождество, знакомство с родственниками, подарки, сувениры, прогулки по городу.

Пьер научился пить водку по-русски. «Одним махом, чтобы не касалось языка», – вывел он для себя формулу. Он оказался интересным собеседником. Разница в возрасте совсем не чувствовалась. Энергичный мужчина в полном расцвете сил с живым умом. Сколько он путешествовал, как много он видел, как воодушевленно он говорил о своем бизнесе и с какой любовью о детях и внуках. А как виртуозно он обращался с ножом и вилкой! А ещё у него есть катер, и он рыбачит в Ла-Манше. Катер стоит в порту Шербура. И до него сорок пять минут езды на машине. Все родственники были им просто очарованы, Пьер сразу стал каким-то родным и понятным, несмотря на то, что общаться приходилось только при помощи моего участия. Конечно же, мы встретились с Олей. Ох, как же я радовалась, что мне не нужно было переводить. Оля отлично говорила по-французски и нормандский акцент ей совершенно не мешал.

Из культурной программы был цирк. Ну не пойдем же мы на русский фильм в кинотеатр. А в цирке хорошо – все понятно без слов. Представление Пьеру очень понравилось. Особенно его впечатлило, что у цирка есть свое собственное здание. У них такого нет, обычно это цирк-шапито.