Книга Твоя горничная, страница 6 – Китти Френч

Он подготавливает себя, согревая мое ухо сбившимся дыханием. Не медлит и входит глубоким и жестким толчком, отчего я вскрикиваю, а Дон снова обхватывают мою шею рукой.

— Господи, — слышу я его гортанный голос. Дон двигается позади меня, грубо целуя и трахая, как никогда, и я отвечаю на каждый его толчок. Я теряю голову от этого жесткого секса, а потом вдруг чувства переполняют меня: дрожь проходит по всему моему телу, и я кончаю. Дон следует за мной, со стоном продолжая снова и снова врезаться в меня, удивляясь самому себе. Грязно, быстро и горячо. И когда он замедляется, то расслабленными пальцами поглаживает мою шею, склоняет голову над моим плечом, и мы оба учащенно дышим, жадно хватая воздух. Дон обнимает меня, прижимает к груди, и какое-то время мы просто стоим, прислонившись к стене. Удивительно, что дом вокруг меня не вертится.

Я разворачиваюсь, когда Дон натягивает джинсы. Затем упирается рукой в стену рядом с моей головой и наклоняется поцеловать меня. Неистовое вожделение сменилось медленной, трепетной нежностью. Приоткрыв рот, Дон языком томно скользит по моему. Это достойно сценария кино, я притягиваю мужа к себе за пояс джинсов и провожу руками по мускулистой спине. Дон запускает свободную руку в мои волосы, обхватывает шею сзади, и смотрит на меня взглядом, полным вопросов, удивления и любви.

— С Днем рождения меня, — улыбаясь, шепчет он, и я целую его в уголок губ.

— Это не все, — предупреждаю я, и глаза Дона чуть не выпрыгивают из орбит. — У меня есть еще подарки.

— Но наряд остается, — требует Дон, проводя руками по атласному черному материалу.

— Остается, — я целую мужа долгим поцелуем. — Пойду приготовлю тебе ванну.

— Примешь ее со мной? — Дон ласкает пальцами мои возбужденные соски через атласную ткань.

Я с сожалением качаю головой.

— Буду хорошей горничной и приготовлю ужин.

Дон не интересуется итальянским ресторанчиком, куда мы планировали пойти. По-моему, он о нем даже не помнит.

Я приготовила простой ужин: цыпленка в ветчине прошутто со спаржей и густой шоколадный мусс — любимые блюда Дона. Мы едим при свечах, открыв бутылку вина Совиньон с приятной кислинкой, и расслабляемся в компании друг друга после событий, которые оказались гораздо неожиданнее.

Дон сидит в одних джинсах и босиком, а я уже освоилась в костюме французской горничной и не испытываю неловкости. Замечаю, что Дону нравится видеть меня такой — за ужином он наблюдает за мной, поглаживая мое бедро. Его взгляд всякий раз задерживается на моей груди, которая буквально предлагает себя Дону, чуть ли не вываливаясь из тугого корсета с каждым моим вдохом.

Когда я загружаю посудомоечную машину, он решает помочь мне. Скорее всего из-за того, что я наклоняюсь поставить тарелки. Он передает мне тарелку одной рукой, а другой массирует мой зад и шелк между ног. Мы непринужденно болтаем, будто ничего не происходит. Забыв про тарелки, Дон находит клитор и гладит меня по спине. Я сжимаю нижнюю решетку для посуды. Сексуальная униформа изменила мое мышление: чувствую себя настоящей развратной французской горничной Дона. Будто он хозяин дома, который позволяет себе вольности, молча лаская меня на кухне, пока все остальные ничего не подозревают.

Я с трудом сглатываю, когда он вводит в меня палец, затем второй, а другой рукой все еще нежно касается моей спины, словно успокаивая меня. Я начинаю извиваться, меня переполняет удовольствие: туго натянутый шелковый край моих трусиков давит на клитор, в то время как Дон пальцами намеренно медленно входит в меня. Он шепчет грязные словечки, которые я не могу разобрать, но они в разы усиливают мое удовольствие. Я близка к оргазму, и муж чувствует это. Тарелки в решетке дребезжат, когда я буквально подскакиваю в момент кульминации, выдыхая имя Дона. Но тот не останавливается, и, удерживая меня за плечо, насаживает на свои пальцы.