Книга Любовный капкан, страница 7 – Алексия Романова

На первый взгляд все складывалось как нельзя лучше. Но Мирона все равно грыз червячок сомнений: а что, если Лешка не решится по-мужски глянуть на волоокую статную красавицу? Про предупреждения тестя Богданов был в курсе, и, как сильно подозревал, это было основной причиной фактически лебединой супружеской верности приятеля.

Оставалось уповать на женские чары Инги, ее хватку и отчаянное желание вылезти из той темной дыры, в которую ее загнала жизнь.

Для Наты Маратовны секретом чувства Мирона не являлись: давно приметив горячие взгляды, которые исподтишка Богданов кидал на ее дочь, она мудро рассудила, что такой союзник ей полезен, а с его притязаниями можно разобраться и потом. "Императрица" охотно принимала Богданова и мастерски создавала у него иллюзию близости, допуская четко взвешенную долю откровенности с ним.

Вот и сейчас, раскладывая пасьянс в роскошной гостиной, отделанной помпезной позолотой и обставленной мебелью в стиле "рококо", она мрачно улыбалась, понимая, что Мирон, мягко поощряемый ею к решительным действиям, явно что-то придумал.

Не прошло и часа после ее разговора с Богдановым, как его лексус уже въезжал в ворота поместья Зариновых. "На крыльях что ли его несло по московским пробкам? — мысленно удивилась Ната Маратовна. А вслух, оправив роскошное домашнее платье и поспешив навстречу заходившему Мирону, принялась приветливо и чуть кокетливо пенять за редкие посещения и невнимание к ней, "забытой всеми пожилой женщине". Мирон в ответ полушутя-полусерьезно уверял в своей абсолютной преданности и почтении. Но острый взгляд Наты Маратовны поверх доброжелательной улыбки нетерпеливо сканировал довольное и чуть возбужденное лицо собеседника.

Пока вышколенная прислуга сервировала крошечный французский столик для кофе, в гостиной шла светская беседа "про погоду", про общих знакомых. И только дождавшись, когда они остались одни, Мирон многозначительно замолчал. Отхлебнув с изящной чашечки вкуснейший кофе, он картинно нахмурился и произнес:

— Уж не знаю, Ната Маратовна, казнить будете или миловать, но натворил я делов, кажется.

— Ну-ну, Мирошенька, не горячись, что случилось?

— Да как сказать… — Мирон деланно помялся. — Пообещал Мариночке найти хорошую горничную, хотел угодить. Подобрали в агентстве, да хорошо, что заехал посмотреть на кандидатуру. Не поверите — бывшая эскортница! Откуда знаю — не спрашивайте…

Ната Маратовна, на этих словах чуть хрипло рассмеявшись, погрозила пальцем собеседнику. Тот, сделав вид, что не заметил шутливой издевки, скорбно продолжал:

— А времени в обрез, Диля уже скоро уходит, не сегодня-завтра, что делать — ума не приложу. Не пускать же эту особу в дом Мариночки, сами понимаете… Не знал, уж простите….

"Экий хитрец, — мысленно усмехнулась Заринова. — Думает свалить с себя ответственность в случае удачи и выйти чистеньким. Глупый мальчишка… Ну да ладно, подыграем".

— Мне кажется, ты слишком близко к сердцу принимаешь и просьбу Марины, и кандидатуру этой, как ее там зовут? Инга? Горничной. — посерьезнев, медленно проговорила Ната Маратовна. — Я не сомневаюсь в чувствах Алексея к жене. И тебе не советую. Прошлое пусть будет прошлым. Девочка хочет начать честную трудовую жизнь, а ошибки есть у каждого. Пусть работает. А чтобы тебе было спокойнее — пришли ее ко мне. Я ее проинструктирую, недельку поработает в нашем доме, поучится порядкам, и если не заслужит нареканий — что ж, отправим ее вместо Дили.