Книга Надежда и отчаяние, страница 10 – Егор Букин

— О, дарова, Макс! – весело протянул он мне руку.

— Привет. – Я старался быть более дружелюбным, даже натянул какую-то жиденькую улыбочку, но думаю любой бы заметил, что я делаю это через силу.

— Что это ты здесь делаешь?

Он не заметил.

— Да я-то вот гуляю. А что здесь делаешь ты? Я же знаю, как ты любишь поспать подольше.

— Не поверишь, я решил немного похудеть. Вот и вышел пораньше прогуляться.

«Ну вот, если он еще и похудеет, то он по всем параметрам будет лучше меня», – первое, что пришло в голову.

— Ой да ладно, зачем тебе это?

— К врачу сходил, говорит проблема то ли с желудком, то ли с железой какой-то. В общем, говорит, диету надо соблюдать.

— Понятно… – Мне стало лень его отговаривать.

И вдруг я резко обрадовался, вспомнив, что у меня кончились нужные таблетки, а у отца Щеголева как раз множество связей. Собственно, через него я их и заказывал уже столько лет. Я улыбнулся чуть ли не до ушей, вскочил со скамьи, схватил Ваню за плечо и сказал:

— Слушай, а твой батя сейчас в городе?

Он, кажется, немного опешил от такой резкости. Я отпустил его и отошел назад.

— Извиняй, я случайно.

— Прощаю. Да, в городе, а что?

— Да мне нужна помощь в одном дельце. – Я почувствовал, как вспотели ладони. – Не то чтобы я пользуюсь его хорошим отношением, но без него мне там не справиться.

«Хорошее отношение» – это даже очень мягко сказано. Для Александра Щеголева я был чуть ли не вторым сыном, причем любимым. Он прекрасно знал, как я живу и именно поэтому очень часто дарил мне какие-нибудь подарки, помогал найти редчайшие продукты и т. д. А если я ничего не просил, то он мог просто взять и перевести мне денег на карту. По возможности я старался все свои долги возвращать, однако он почти всегда отказывался. В общем, один из немногих хороших людей в моей жизни. Надеюсь.

— Снова твое успокоительное кончилось или что?

— Ты как всегда очень проницателен, мой друг, – улыбнулся я.

— Ну ладно, пошли ко мне. Он сегодня дома.

— Спасибо. Вот как раз и прогуляемся.

— Это да.

Мы повернулись и пошли вперед по темным улочкам. Порой мимо нас проносились машины, выбрасывая на тротуар снег и облизывая дома светом фар. Слева, во тьме парка, стояли высокие елки. Склонившись под тяжестью снега, они походили на могучих атлантов, когда-то правивших миром, а теперь молча прогнувшихся под тяжестью дней и не знавших, как жить дальше.

— Макс, а почему ты не можешь купить эти таблетки где-нибудь поблизости? – спросил Иван. – Ну вот хотя бы там, – он указал в сторону, где неоновыми вывесками светились продуктовые супермаркеты, аптеки и банки. Все это располагалось на первых этажах домов.

— Понимаешь, это успокоительное… – Я начал чесать затылок. – Оно как бы не совсем легальное.

— Это почему?

— Оно просто слишком хорошее и слишком дорогое, поэтому в обычные магазины его не поставляют. Все равно большинство предпочтут купить что-нибудь слабее, но зато дешевле.

— А, понятно. А зачем ты его вообще пьешь?

Я посмотрел на Ивана.

— Ну… Чтоб успокоиться, – засмеялся я.

— Логично.

«Пронесло», – подумал я. Всю оставшуюся дорогу мы разговаривали о всякой чепухе.

— А вообще если сомневаешься, лучше уходи из этого института. Я не настаиваю, но просто совет даю. Если ты сомневаешься в выборе между «да» и «нет», выбирай «нет» – если бы ты был уверен точно, никогда бы не начал сомневаться.