Книга Две полоски для миллиардера, страница 17 – Нэнси Найт

Наблюдаю за его тяжелым заинтересованным взглядом и не могу пошевелиться. Ощущаю его ладони на моем теле, и кажется, будто они становятся тяжелее. Дыханье перехватывает, и я облизываю пересохшие губы, теряя контроль над собой.

Кажется, я медленно, но верно перестаю видеть в своем боссе тирана и акцентирую внимание только на его мужской природе, от которой я просто схожу с ума. Хочу, чтобы он прижался ко мне своим горячим телом и поцеловал. Страстно, горячо, провокационно. И похоже, он тоже этого хочет.

На миг я улавливаю еле заметную ухмылку на губах Радова, когда он оказывается уже слишком близко. И тут меня прошибает мысль: он ведь это специально делает! Специально провоцирует меня! А я, как наивная дурочка, поддаюсь на его провокацию. И дело тут не во взаимном притяжении, а в том, что у него на подкорке записано ─ нужно присвоить и подчинить каждую, кто не пошел у него на поводу. А, может, он просто хочет доказать, что я такая же, как и другие? Доступная и готовая на все, лишь бы провести с ним ночь?

Если бы мне отключили мозги, то скорее всего, я уже давно бы упала в его объятия. Но они-то, слава богу, на месте и все еще функционируют! И я прекрасно понимаю, что если поддамся своим желаниям, то про работу помощницей Радова можно будет забыть. Но нет, я не для этого столько мучилась, чтобы в один миг все потерять!

─ Роман Андреевич, вам не кажется, что вы превышаете свои полномочия? ─ хмыкаю я и застегиваю обратно пуговицы на рубашке, при этом пальцы дрожат, а сердце грохочет в груди.

─ В чем же? ─ искренне изумляется он и строго добавляет: ─ Я принял тебя на работу и требую соблюдать внешний вид, соответствующий твоей должности.

Чувствую себя какой-то глупой малолетней девчонкой, которая посмела перечить взрослому, состоявшемуся в жизни мужчине. Но все равно нахожу в себе силы возразить ему, гордо вздернув подбородок:

─ Вы мой босс и, конечно, в полном праве требовать от меня того, что считаете нужным. Естественно, только в рамках рабочих моментов. И это не дает вам никакого права самовольно расстегивать пуговицы на моей блузке! Я против подобного поведения со стоны начальника. Прошу вас принять это к сведению!

Мои руки дрожат, как и все внутри. Я так хотела поставить Радова на место своими словами… Но судя по его взгляду, который потемнел в одно мгновение, эффекта я добилась совершенно иного.

─ И что ты сделаешь, если я не приму твои слова к сведению? ─ Радов наступает на меня, словно темная скала, которая может рухнуть на меня в любой миг и раздавить в лепешку. ─ Уйдешь с работы?

Он напирает, вжимая меня в стол, и вся моя уверенность тут же теряется. В панике мой взгляд мечется по лицу Радова, источающему опасность, которая сейчас почему-то заводит. Эта власть, которая читается в каждом его слове, в каждом движении… Хочется покориться ему. И в это же время противостоять.

─ Я не хочу этого делать, но, если вы будете меня вынуждать… ─ бормочу я еле ворочающимся языком и затихаю, ощутив его горящее дыхание на своих губах.

─ Тогда лучше сразу уходи, или же пересмотри свои взгляды, ─ выдыхает он. ─ Потому что я делаю то, что захочу. И получаю все, что захочу. Всегда.

Голова кружится, как и мысли в ней. Меня захлестывает смесь самых разных чувств: злости, негодования и яркого, удушливого желания к этому наглому, самодовольному и властному, но такому притягательному мужчине. Боже, да что он со мной делает?!