Книга Соседские войны, страница 30 – София Чар

Судя по опешившему выражению лица, такой наглости та явно не ожидала. И эти рублевые глаза стали бы мне вознаграждением, если бы дверь за ее спиной вдруг не открылась, и на площадку не вышел бы еще один человек.

Внутреннее «Я», допивая бутылку, прицелилось в мою самооценку уже опустевшей тарой.

— От бездарного хамства к побирательству? — несмешливо протянул Воронов.

И вот на это я уже ничего не смогла ответить, потому что… Черт. Глядя на мигом встрепенувшуюся Ирку рядом с Вороновым, обряженным в костюм с иголочки я ощутила жгучую обиду. На него, себя, судьбу и мировую несправедливость.

Ну, почему именно сейчас им нужно было встретиться со мной?!

Наверное, стоило бы гордо вскинуть голову и удалиться. Потом прореветься и убить вечер на самобичевание. Наверное, стоило бы хоть голову включить, но, видит та самая проклятая судьба — довели.

Прищурившись и решительно сдув с лица прядь, я перехватила ведро удобнее. Заметив это, Воронов мгновенно нахмурился, отступив назад.

— Даже не думай!

— Я не думаю, я действую! — отозвалась я, щедро выплеснув содержимое ведра.

Благо, я не успела закрыть дверь в свою квартиру, и мне удалось мгновенно скрыться за ней. Воронов-то оказался быстрым и успел отскочить, а вот Ирке повезло меньше. Прижавшись к двери, я не смогла удержаться счастливой улыбки, вслушиваясь в вопли надменной блондинки.

«За словесные помои и школьное издевательство. А я говорила, что отомщу тебе за испорченное выпускное платье!» — обнимая ведро, с мрачным удовольствием подумала я.

Каждому в жизни везет быть другом-выручалочкой или в обязательном порядке иметь такого друга. Каюсь, я в силу повышенной зловредности характера таким другом быть не могла. Зато зловредно пользоваться помощью такого друга — могла. Конечно, старалась не злоупотреблять, но в экстренных случаях все же дергала этого святого человека. Сейчас случай был самый что ни есть экстренный. Если стен катастрофа почти не коснулась, только кое-где обои требовали подклейки, а пол стоически пережил это издевательство, потолок настолько стойким товарищем не оказался, и после нескольких недель просушки приказал долго жить.

Так что пока эта несознательная личность прощалась с очередным клаптем штукатурки, мне не оставалось ничего другого, кроме как ждать друга. При этом ждать я предпочитала в квартире.

Нет, кровавую вендетту Воронов мне не объявил и дверь после произошедшего не вышибал, но видеть его мне хотелось в последнюю очередь. Потому время ожидания старого друга я провела с пользой, освободив пострадавшую комнату от хлама. Главный источник хаоса в лице Ворона и вовсе был выставлен за дверь. Надеяться на то, что он потеряется, не приходилось, но хоть на время оскорбленная скотина прекратит досаждать.

До назначенных десяти оставалось еще полчаса, и я подумала, не приготовить ли чего на потом, но дойти до кухни так и не успела — в дверь требовательно позвонили, чему совсем не обрадовались ни мое внутреннее, ни мое внешнее «Я».

— Васька, ты? — остановившись у двери, осторожно уточнила я.

Мало ли, вдруг эта паршивая птичка мне здесь полицию или, что более вероятно, санитаров вызвал? Впрочем, боялась я зря.

— Да, я. Извини, что рановато! — донеслось бодрое из-за двери.

Облегченно выдохнув, я приступила к акту насилия над дверью, что упрямо воспротивилась попыткам ее открыть.