Книга Июльская любовь, страница 15 – Юрий Егоров

— Хватит тебе, Миша, людей пугать, мы тебе зла не причиним. Вон сколько места в лесу и тебе, и нам хватит. Давай, отправляйся своей дорогой, а мы пойдем своей.

Произошло чудо! Медведь, словно поняв слова человека, благодарно лизнул его в лицо, опустился передними лапами на землю и, развернувшись, не спеша поплелся прочь.

Еще долго люди стояли, пораженные таким неожиданным свиданием, затем она поинтересовалась:

— А почему ты не стал стрелять в зверя?

— Понимаешь, просто так убить не собирающегося нападать медведя может только отъявленный негодяй. Зверь был явно сыт, к тому же видела, какой он ласковый?!

Она прижалась к его груди и несколько минут слушала ровное биение его мужественного сердца, отмечая про себя к тому же его выдержку, доброту и порядочность.

— Да, голубушка! — удивленно подумала она, — похоже, с выбором спутника жизни альтернативы не предвидится…

Погуляв еще пару часов, молодые люди заметили, что в лесу заметно потемнело: в июле солнце садится значительно раньше, чем в мае и июне. Пришлось срочно возвращаться. Никита был человек приспособленный к жизни, быстро сориентировавшись по заходящему меж деревьев светилу, он быстро нашел утерянную дорогу домой, и вскоре они уже отдыхали на лавочке у дома. Он сходил в дом, разместил грибы в холодильник и вернувшись, предложил вновь проведать больную соседку. Они пошли в соседний дом.

Прасковье Ильиничне было значительно лучше, и она даже сидела за столом. Варя только что покормила её, убрала посуду и сбиралась домой. Хозяйка попросила её поставить на стол чашки с блюдцами и чайник, положить из холодильника в вазочку варенье. Когда девочка всё быстро сделала и ушла, женщина внимательно посмотрела на вошедших молодых людей и предложила присесть за стол.

— Я должна вас отблагодарить за то, что спасли меня и поставили на ноги. Никита, разлей, пожалуйста, чай по чашкам и прошу вас откушать. Когда же закончите, я вам погадаю, что-то у меня не очень хорошее предчувствие.

Пока молодые люди пили чай с прекрасным клубничным вареньем, хозяйка молча сидела, о чем-то мучительно думая и заметив, что они окончили и ожидают, разложила карты.

На сей раз, видимо, ситуация не прояснилась быстро, и она выкладывала все новые и новые ряды. Наконец взгляд её просветлел, и она заговорила, показывая на карты:

— Утром опять какой-то казённый дом, думаю, это будет твоя ферма, Никита? Дальше, похоже, ближе к обеду на реке произойдет трагедия и от вас будет зависеть жизнь ребёнка или подростка, не знаю, сильные у вас там будут хлопоты. Но, кажется, всё окончится хорошо, причём это будет последнее для вас испытание. Дальше всё пойдёт гладко.

Гадалка умолкла, давая гостям осмыслить сказанное…

— Так может, просто не пускать завтра никого на речку, тогда и трагедии удастся избежать? — оживилась Инна.

— Вряд ли, — не согласился Никита. — перекроем здесь, тоже самое произойдет в другом месте, но обязательно.

— Никитушка прав, — поддержала его гадалка. — Нужно и жертве и вам, эту чашу завтра будет испить до дна, каждый будет держать здесь свой экзамен. Я вижу благоприятный исход, но в конечном итоге всё будет зависеть только от вас.

— Спасибо вам, Прасковья Ильинична, за заботу, вижу еще не совсем вас отпустило, но вы всё равно думаете о нас, — девушка встала и поцеловала женщину в щеку. — А теперь давайте в кровать, вам пока нельзя ещё долго сидеть.