Книга Без страха и упрёка 2, страница 10 – Андрей Земляной

Первый «Як» прошёл рядом, покачал крыльями и отвернул. Второй занял место за хвостом «Ли–2».

— Коля, выравнивай, — сказал Лапшин.

— Выравниваю, — ответил второй пилот.

— Лёша, что с двигателями?

— Оба ровно. Давление в норме, масло в норме.

Горелова проверила пленных. У Гота оказалась рассечена губа, один из адъютантов ударился плечом, однако серьёзных повреждений никто не получил.

Тихонов сел рядом с Сулакшиным.

— Семён, в рапорте укажешь время первого запроса, все переданные коды и момент открытия огня, — сказал майор. — Пусть их там вые@ут, и высушат.

— Запомнил, командир, — ответил связист.

После этого полёт прошёл спокойно.

На передовом аэродроме их ждали автомобили, врачи и усиленная охрана. «Ли–2» ещё катился по полосе, когда к месту остановки побежали люди.

Дверь открыли сразу.

Сначала вывели адъютантов и водителя. Их приняли сотрудники военной контрразведки и врачи. Затем появился Гот.

Генерал остановился на верхней ступеньке, посмотрел на советские самолёты и стоявших возле них людей, после чего медленно спустился.

К нему подошёл генерал-майор с переводчиком.

— Назовите себя, — потребовал советский генерал.

— Генерал-полковник Герман Гот, командующий Четвёртой танковой армией, — ответил пленный.

Переводчик передал его слова.

Генерал-майор посмотрел на Тихонова.

— Документы? — спросил он.

Майор поднял два мешка и кожаный портфель.

— Оперативные карты, распоряжения, рабочие записи штаба и документы из машин сопровождения, товарищ генерал-майор, — доложил Тихонов.

— Потери?

— У группы потерь нет. Пленные получили лёгкие повреждения при захвате и во время обстрела нашими истребителями.

Генерал-майор повернул голову к Лапшину.

— Своими? — переспросил он.

— Два «Яка», товарищ генерал-майор, — ответил капитан. — Один успел дать очередь.

— Разберёмся, — сказал генерал-майор. — Пленного немедленно в штаб. Документы туда же. Группе медицинский осмотр, горячую еду и отдых. Майор Тихонов, предварительный доклад через час.

— Есть, товарищ генерал-майор, — ответил Степан Григорьевич.

Когда Гота увели, техники осмотрели правое крыло «Ли–2». На нижней обшивке нашли две пробоины. Одна пуля прошла навылет, вторая застряла в силовом элементе рядом с топливным баком.

Лапшин постучал пальцем по рваному краю металла.

— Ещё немного правее — попали бы в бак, — сказал капитан.

— Вы вовремя ушли вниз, — ответил Штурмин.

Лапшин кивнул и повернулся к экипажу.

— Лёша, Коля, гляньте, что там с крылом. И трубки проверьте на всякий случай.

— Сейчас посмотрим, командир, — ответил бортмеханик.

Николай уже обходил законцовку крыла, разглядывая обшивку снизу.

Тихонов подошёл к Штурмину с портфелем Гота в руке.

— Алексей, идём, — сказал майор. — Нас ждут в штабе.

Штурмин поправил ремень автомата и пошёл следом.

[1] Сверхсрочно.

[2] Пять на пять — Громкость отличная разборчивость отличная.

[3] Связи конец. Произносится чтобы принимающий абонент не ждал реплики.

Две Ставки.

Сталин. Волынское.

12 сентября 1942.

В течение ночи на 12 сентября наши войска вели бои с противником западнее и юго-западнее Сталинграда, в районе Моздок, а также на Волховском участке фронта в районе Синявино. На других фронтах существенных изменении не произошло.

Сосредоточенным огнём нескольких батарей, уничтожена группа танков 4 армии фашистов готовящаяся к удару по нашим позициям, сожжены бензовозы и машины с боеприпасами.