Книга Жаркая зима, страница 14 – Сергей Иванович Зверев

— Наряду — не лезть. Только наблюдение. Мы идем к вам. Прибудем в 18:30. Если до нашего прихода наряд увидит передвижения или попытку уйти — немедленно доложить. Не вступать в контакт, не спугнуть.

— Понял. Передам.

«УАЗ» вылетел на трассу Р 255. Здесь, за городом, сумерки сгущались быстрее. Асфальт — сухой, местами с наледью. Фары выхватывали из темноты разметку, редкие встречные машины, столбы на обочинах.

Филин посмотрел на часы. 17:45. До Среднего — чуть меньше часа езды.

— Ускоряемся, — бросил он в рацию. — Держите дистанцию.

Стрелка спидометра снова перевалила за сто двадцать. Фары рвали темноту, но горизонт оставался черным.

Филин сжал руль. В зеркале заднего вида огни Иркутска уже давно растаяли. Только снег — белый, слепящий в свете фар, — и черная лента трассы, уходящая в неизвестность.

День первый, 16:45, г. Усолье-Сибирское,

отдел полиции

В дежурной части отделения полиции Усолья-Сибирского стоял рабочий гул. Дежурный сержант Ермаков принимал вызовы, инспекторы в коридоре переговаривались, где-то в кабинете начальника гудел принтер, распечатывая ориентировки. Обычный ритм вечерней смены — до того момента, пока этот ритм не был нарушен.

Майор полиции Дмитрий Сергеевич Громов сидел за своим столом, листая бумажное дело о ДТП на трассе Р 255. Три дня назад грузовик вылетел в кювет, у водителя перелом ребер. Стандартная ситуация.

На столе — кружка с недопитым черным чаем, пар над ней поднимался тонкой, едва заметной струйкой. Громов поднес кружку ко рту, сделал глоток. Горький, крепкий, уже остывающий.

Резкий, требовательный звук старого городского аппарата ударил из коридора. Громов поставил кружку.

— Дежурная часть полиции, — голос Ермакова стал напряженнее. — Записываю. Место — трасса Р 255, кафе «Теремок». Направление — аэродром Белая. Раненые — трое. Операторы ушли на снегоходе.

Громов встал. Кресло скрипнуло. Он вышел в коридор — узкий, с казенными зеленого цвета стенами, с лампой дневного света, которая моргала.

Ермаков — молодой сержант лет двадцати пяти, с ежиком светлых волос — сидел за столом дежурного, прижав трубку к уху. Лицо побледнело.

Громов подошел к столу. Ермаков поднял глаза, прикрыл трубку ладонью.

— Товарищ майор, там такое…

— Дай сюда.

Трубка перекочевала в руки Громова.

— Слушаю.

Голос в трубке — мужской, взволнованный, с хрипотцой. Громов узнал его — Николай, владелец кафе «Теремок».

— Товарищ майор, это Коля с «Теремка». У нас тут война. Дроны летают, взрывы. Раненые есть.

— Спокойно, Николай. По порядку. Что за дроны? Сколько? Откуда?

— Из бытовки на прицепе. Тягач остановился, изнутри дроны вылетают — друг за другом. Я насчитал штук пятьдесят. С направляющих. Мы с мужиками лопатами, монтировками сбили больше тридцати. Но остальные улетели в сторону аэродрома. Там взрывы слышны.

— Операторы?

— Двое из бытовки выскочили, сели на снегоход. Водитель тягача — с ними. В сторону Среднего ушли.

— Оружие у них есть?

— Не видел. Но у одного за спиной что-то торчало. Похоже на автомат.

— Раненые?

— Трое. Осколочные. Я им уже первую помощь оказал. Скорую вызвал. Ждем.

— Молодец, — ответил Громов. — Никуда не уходите. Никого не пускайте. Скоро будем.

Он положил трубку. Ермаков уже стоял с бланком ориентировки.

— Товарищ майор, что делать?