Книга Жаркая зима, страница 30 – Сергей Иванович Зверев

Тепловизор FLIR Breach работал, частота обновления — тридцать герц. Разрешение — 640 на 512 пикселей. Дальность обнаружения вертолета — три километра, опознавания — два. Он проверил фокусировку — резко.

Рация — на седьмом канале, частота скачкообразной настройки. Гарнитура — костная проводимость, не блокирует внешние звуки. Он нажал кнопку теста — в наушниках короткий сигнал обратной связи. Канал чист, помех нет.

M110 SASS — патрон в стволе, предохранитель включен. Прицел — Nightforce ATACR7–35x56, с подсветкой сетки. Он проверил барабанчики ввода поправок — не сбиты. Все готово.

Ветер дул с северо-запада. Порывами — до двенадцати метров в секунду. Снег — мелкий, колючий, забивался под капюшон, таял на шее, струйки стекали за воротник. «Дальний» не отвлекался. Сосредоточился на тепловизоре.

Зеленое поле. Красные пятна — техника, строения, случайные тепловые точки. Дальность — два километра. Ничего.

Он переключил режим — широкий обзор. Сектор — сто двадцать градусов. В поле зрения — восточная часть аэродрома, взлетная полоса, командно-диспетчерский пункт, ангары. И небо — серое, с красными прожилками от облаков, подсвеченных городом. Ничего.

«Дальний» мысленно прокрутил сценарии.

Первый: вертолет идет со стороны Иркутска, с юго-востока. Время подлета — пятнадцать минут после взлета. Значит, если русские подняли борт сразу после атаки дронов, то он должен появиться с минуты на минуту.

Второй: вертолет идет с аэродрома — тогда с севера. Но там свои — охрана, техника. Меньше вероятности.

Третий: вертолета не будет. Русские побоятся непогоды. Тогда ПЗРК не пригодится.

«Дальний» надеялся на третий сценарий. Не потому, что боялся стрелять. А потому, что каждый пуск — демаскировка. Снайперскую позицию засекут по тепловому следу ракеты. Придется менять позицию, терять время, рисковать. Но приказ есть приказ.

Пар изо рта — клуб, мгновенно унесенный ветром.

В гарнитуре — голос Смита, тихий, спокойный:

— «Дальний», статус.

— Чисто. Контактов нет.

— Жди.

— Жду.

Связь оборвалась. «Дальний» вернулся к наблюдению. Пятьдесят минут без движения — мышцы затекли. Поясница ныла, шея затекла, пальцы в перчатках онемели. Но он не менял позу. Любое движение — риск выдать себя. Снег на маскировочной сети может осыпаться, блеснуть на свету.

Пока не обнаружили. Коллектор — чистый вход, часовые — нейтрализованы тихо, без выстрелов. Растяжки — на подступах. Но если заметят — начнется. Смит рассчитывал на три часа. До двадцати ноль-ноль. Потом — трансляция на спутник Агентства национальной безопасности, потом — подрыв.

«Дальний» переключил тепловизор в режим обнаружения — система сама искала движущиеся цели с высокой тепловой сигнатурой. Дальность — три километра. Сектор медленно сканировал.

Пятьдесят пять минут. «Дальний» подумал о доме. Мысль о доме помогала сохранять концентрацию. Он всегда так делал перед работой: представлял тихий город в Мэриленде, свою квартиру, собаку. Потом возвращался в реальность. Реальность была здесь. Снег. Ветер. ПЗРК. Цель.

— «Дальний», командир. Есть изменения?

— Никак нет.

— Продолжай.

— Принял.

«Дальний» краем глаза глянул на часы — семнадцать тридцать. И в этот момент тепловизор пискнул. Один раз. Короткий, высокочастотный сигнал. «Дальний» замер.