Книга Проклятая земля, страница 16 – Светлана Тюльбашева

Час сорок. Леша откинул одеяло, нащупал тапочки на полу, сел. Не получается заснуть — значит, нужно поработать.

У него была бессонница после смерти первой жены, тогда он перепробовал все — от медитаций до антидепрессантов, ничего не помогало, сон наладился только после встречи с Аней, не сразу, но шаг за шагом. Ему по-прежнему иногда снились кошмары, но это не сравнить с тем, что происходило четыре года назад. С тех времен с ним осталась привычка не лежать дольше двадцати минут, если не получается заснуть, — пожалуй, единственный здравый совет при бессоннице.

Он добрался до кухни практически на ощупь, чудом избежав столкновения с диваном, налил стакан воды. Сел за стол, открыл ноутбук, поморщился от света экрана. Спать хотелось очень, казалось, ляжешь — и отключишься сразу, но Леша знал, что это иллюзия, лучше поработать хотя бы полчаса, смотрел на иконку корпоративного мессенджера и боялся его запустить.

На втором этаже что-то скрипнуло, он повернулся к лестнице. Верхняя площадка тонула в темноте. Прямо над ним послышалось шуршание, будто лист бумаги проехал по полу в спальне наверху. Странные звуки в доме были обычным делом, Леша подавил желание забить на работу и узнать, что скрипит на втором этаже, вздохнув, дважды кликнул на иконку.

Мессенджер рябил от красных непрочитанных сообщений, больше всего беспокоили те, что от тимлида. Он быстро напечатал ответы другим коллегам, поставил их в отложенные на восемь утра. С облегчением просмотрел несколько сообщений, на которые не нужно реагировать: с ответами на его вопросы и ссылками, которые он просил прислать.

Сделав глубокий вдох, открыл сообщения тимлида. «Что с IAB-683, какой статус?» Спустя час: «Ты здесь?» Потом: «Леша?» Пропущенный вызов. «Перезвони мне». Еще один пропущенный. В шесть тридцать: «Давай поговорим завтра».

Он начал набирать ответ, напечатал «прмвит», потом «изыиняюсь», потом все стер. Пальцы дрожали, он отодвинул ноутбук и попытался успокоиться. «Чего я так нервничаю, — сказал он себе, — это же совершенно неважно. Ну да, я вчера весь день не выходил на связь, и это все заметили. Что самое страшное может случиться? Уволят меня? Да я сам собираюсь уволиться, шестью месяцами раньше, шестью позже — какая, в сущности, разница».

Что-то звякнуло в ванной, Леша не повернул головы. Все это совершенно неважно, подумал он. Действительно важному — Ане со Львом, их дому, будущему глэмпингу — ничего не угрожает. «Все, что мне дорого, в безопасности. А это всего лишь работа, которую я ненавижу. Нужно понять, сколько у нас осталось денег, — тихонько взять пачку из тумбочки и пересчитать».

Он закрыл крышку ноутбука, встал, и в этот момент ветер ударил по стеклу и принес звук, больше всего похожий на шепот. Леша резко обернулся, по коже пробежал холодок. Это не было привычным шелестом ночного леса, он был готов поклясться, что слышал речь. Шепот раздался еще раз, и Леше, замершему в темной гостиной, стало по-настоящему не по себе. На мгновение он представил свой дом со стороны: одинокое, изолированное от деревни небольшое двухэтажное здание, в котором негде спрятаться, огромное поле за ним, лес по сторонам и ни души вокруг.

Замерев, он смотрел через темную кухню в окно в спальне, выходившее на поле, и на мгновение ему показалось, что там вспыхнул свет.