Книга Мой внутренний ребенок хочет убивать осознанно, страница 74 – Карстен Дюсс

Женщина, которая не хотела заниматься сексом со мной, рассердилась, потому что другая женщина выразила благодарность за то, что тоже не занималась сексом со мной. И кто ходил на тренинг, чтобы совладать со своим якобы иррациональным поведением? Я.

Мой мобильник зазвонил и, вырвав меня из путаницы мыслей, вернул в не менее запутанное настоящее. Номер на дисплее заканчивался на 2211970 и был мне незнаком. Он не выглядел похожим на номер одноразового предоплаченного мобильника, какие обычно использовались в среде организованной преступности. К тому же он напоминал чью-то дату рождения: 22 января 1970. Такие номера, как правило, хотели получить от своих консультантов в телефонной компании некреативные бизнес-клиенты.

— Да, слушаю.

— Привет, это Курт.

— Курт… кто это?

— Брат Лауры.

Так. У моей вчерашней дамы имелась не только разрушительная губная помада, но и действующий на нервы брат. Новый клиент, который меня не знал, но уже вынуждает называть его по имени. Миленький наезд – вразрез с моим желанием соблюдать дистанцию. Это мы уже проходили. Я ощутил укол значка в моей детской душе.

— А… Господин Фрилинг.

— Может, все же просто на «ты»? Я Курт. Когда мы сможем поговорить?

— Мне нужно свериться с моим графиком…

— Знаешь что? Давай я просто за тобой заеду сегодня в полдень и приглашу на ланч. Идет?

Для меня это было слишком настырно и слишком спонтанно. С другой стороны, я хотел поскорее завершить и оставить в прошлом все, что касалось Лауры. Чем раньше все выяснится, тем быстрее я смогу спасти Катарину, утопающую в стакане воды, где она устроила бурю.

— Ну хорошо. Вы знаете, где я живу?

— «Ты». Меня зовут Курт.

— Да, хорошо, Курт. Итак… ты знаешь, где я живу?

— Конечно. Над детским садом. Я несколько раз забирал своего крестника оттуда. Буду в половине первого. Отзвонюсь.

Поскольку я все еще держал в руке мобильный, то попробовал дозвониться до Катарины. Может, мне и по телефону удастся уладить это дело с зеркалом. Телефон Катарины был выключен. За ней такое водилось. Она могла часами оставаться недоступной для меня. Ну и ладно. Сегодня у меня было достаточно дел. После этой совершенно ненужной трапезы с Куртом я бы встретился с Сашей и составил список лиц, имевших связь как с детским садом, так и с Борисом. Я не особенно много ждал от этого списка. Но с чего-то же надо было начать. Кроме того, я должен был пересказать Саше историю сына Лауры о Губном монстре в подвале детского сада, весьма похожую на то, что рассказывал нам Борис.

Я кое-как убрал осколки, а затем долго принимал душ. Стоя под душем и наслаждаясь журчанием водных струй, я немного помедитировал. При этом мир снова стал выглядеть значительно посвежевшим. Мой внутренний ребенок предостерегал меня насчет Лауры и ее брата. Если бы я послушал моего внутреннего ребенка, Катарина не сорвалась бы. Или если бы и сорвалась, то не из-за зеркала. А из-за чего-нибудь другого. Когда-нибудь в другой раз. Мой внутренний ребенок был прав. Но у нас с ним речь шла не о правоте. Речь шла о руководстве и доверии. Руководил я. А мой внутренний ребенок должен был мне доверять. Мне вспомнилось одно упражнение, которому я научился у господина Брайтнера.