Книга Пирожки со вкусом преступления, страница 35 – Селия Брук

Мэри стало неловко на это смотреть, и она отползла от окна. Бет, сморщив носик, еще немного задержала взгляд, но потом последовала за ней. Подруги вернулись в машину, и Бет выдернула из-под колеса «старого моряка» свою мешковатую сумку.

— И что все это значит? – взволнованно воскликнула она, усевшись за руль.

— Давай для начала отъедем куда-нибудь, вдруг нас заметят, – предложила Мэри.

Бет тронулась и медленно поехала вниз по улице к мосту. Косоглазый дом Пола проплыл мимо, скрывшись за поворотом. Мэри показалось, что он смотрел на них крайне неодобрительно. Доехав до реки и свернув на набережную, Бет припарковалась на стоянке перед небольшим кафе. Подруги взяли по стаканчику кофе и сели на скамейке с видом на бегущую воду и мельницу на другом берегу. Бет достала пакетик со сконами.

— Если у них такие серьезные отношения, – начала Мэри, глядя мимо подруги на забор у мельницы, расписанный неопрятными граффити, – то эти двое вполне могли сговориться. Однако, если честно, я в это почему-то не верю.

— А я думаю, они именно сговорились, – заявила Бет, стряхивая крошки с губ. – Это же очевидно. Беднягу Рафферти – на тот свет, и любовничкам открыта дорога.

— Господи, ну мы же не в каменном веке живем. Есть же законные методы. Развелись и жили бы себе. С чего бы им пытаться убить этого дурака?

— Причин может быть масса. Может, он ее замучил до сумасшествия? Если он так относился к окружающим, могу представить, что творилось у него дома. Зубочистка могла просто захотеть его прикончить. А любовничек помог.

— Хоть стреляй в меня, но я не представляю, чтобы Пол мог на кого-то наброситься.

— Ну, – Бет скривила губы, словно высмеивая наивность Мэри, – что мы вообще знаем о людях? Кроме того, имей в виду – Рафферти не беден.

Сама знаешь, он популярен, пишет книги, выступает на телевидении, штампует эти свои обзоры для журналов. Наш гурман сколотил себе неплохой капитал. А дом ты его видела? А машину? И заметь, других наследников, кроме Зубочистки Агнес, у него нет. Сама знаешь, родителей он похоронил давно, единственный ребенок. Все перешло бы Агнес. Кокнули – и дело решено.

Мэри задумалась:

— Звучит логично. Но зачем Полу идти на такое преступление?

Бет рассмеялась, едва не подавившись кусочком скона:

— Твоей наивности можно удивляться бесконечно! Они же одним выстрелом убивают двух зайцев. Она получает свободу и наследство, а он мстит, подставляя под удар тебя и твою пекарню. Если спросишь меня, они провернули почти идеальное преступление. Но все пошло прахом, потому что у твоего бывшего слишком слабая рука. Ты сама говорила, что он напоминает улитку.

— Когда это я такое говорила? – возмутилась Мэри.

— Говорила, я помню, – довольно улыбнулась Бет, которая чувствовала, что только что совершила невозможное – раскрыла преступление! Однако Мэри было не так легко убедить.

— У всего этого может быть и другое объяснение.

— Какое это, интересно?

— Простое совпадение. Доказательств у нас никаких, только косвенные. Ну, допустим, они знакомы, допустим, любовники. Но как мы можем быть уверены, что мой бывший муж и Агнес задумали убийство?

— А то, что они врут, для тебя недостаточное доказательство? – удивилась Бет. – Агнес заявила констеблю, что она была у матери, в то время как она совершенно очевидно находилась у Пола. Она обеспечивает себе алиби, а Пола вообще к делу не пришьешь, если не знаешь об их связи. И вуаля. А теперь она приехала поплакаться. И это понятно: любовники в отчаянии – преступление пошло не по плану, и когда муж очнется, – голос Бет приобрел театральную торжественность, она привстала со скамейки в притворном экстазе, – он встанет с кровати и укажет пальцем на виновных!