Книга Без него. Развод в 45, страница 53 – Мелисса Моррис

— Это не для работы, — возразила подруга. — Я принесла зарядку и очки. Сумка просто считает себя членом семьи.

Врач не улыбнулась, но документы велела забрать домой.

Саша пришел вечером. Обе кисти были забинтованы, на левой повязка доходила почти до запястья. Он двигал пальцами осторожно и держал руки перед собой, словно впервые получил их без инструкции.

Лида поднялась.

— Я выпью кофе в коридоре. Если кто-то из вас решит сейчас пожертвовать собой ради другого, говорите громче. Стены тонкие.

Когда дверь закрылась, Саша остановился у кровати. Не сел, пока я не указала на стул.

— Я думала, ты не выбрался, — сказала я. — В скорой услышала, что тебя снова ведут к воде, потом ничего не помню.

— Я подошел к краю, чтобы показать спасателям заднее окно. Они решили, что моих указаний достаточно, и отвели к врачам. В воду второй раз я не входил.

Он говорил спокойно, но под глазами залегли темные тени. На сером свитере, который я видела у канала, теперь не было ни воды, ни крови. От этого случившееся казалось не меньше, а точнее.

— Если бы ты не приехал...

— Я приехал, потому что получил сигнал и уже ждал рядом. Система сработала. Ты ее включила. Потом сопротивлялась, удерживала его в разговоре, пристегнулась и помогла выбраться. Не отнимай у себя половину спасения.

— Но в воду вошел ты. Разбил стекло, порезал руки. Я не знаю, как это вернуть. Что бы ты ни попросил, я...

— Не заканчивай эту фразу.

Голос остался негромким, однако я замолчала.

Саша положил забинтованные кисти на колени, не пытаясь коснуться меня через боль.

— Я не приму любовь, совместную жизнь или брак как плату за то, что полез в воду. Если после восстановления ты поймешь, что не хочешь быть со мной, это не сделает спасение ошибкой. Я хотел, чтобы ты жила. Не чтобы после этого принадлежала мне.

— Я выбрала тебя раньше. В твоей квартире, до дачи, канала и этих бинтов. Сказала, что люблю. А в машине сказала Толе, что даже твой уход не вернет меня к нему. Сейчас я благодарна тебе так сильно, что не умею держать это чувство отдельно. Но любовь появилась первой.

Он выдохнул и откинулся на спинку стула. Напряжение в плечах ослабло не полностью.

— Тогда договоримся: благодарность не дает мне дополнительных прав. Ни на твою квартиру, ни на решения, ни на будущее. А любовь мы проверим временем, когда рядом не будет воды.

— Согласна. Но благодарить все равно буду. Это мое право.

— Принимаю. Только без формулировки «что бы ты ни попросил». Она опаснее разбитого стекла.

Я протянула руку ладонью вверх. Саша посмотрел на бинты и осторожно положил сверху запястье, единственное место без порезов.

— Поцелуй меня, — попросила я. — Недолго. Ребро против больших чувств.

Он наклонился медленно, опираясь локтем на край кровати. Поцелуй получился коротким, почти неподвижным. В нем не было ни облегчения, превращенного в страсть, ни обещания, что страх закончился. Только подтверждение: мы оба здесь.

Через два дня пришла Ирина. Принесла папку, но не раскрыла ее, пока врач не закончил осмотр.

— Анатолий задержан, дальнейшую меру определяют в установленном порядке, — сказала она. — Прямой контакт с вами сейчас исключен процессуально. Любые попытки передать сообщение фиксируются, общение по имущественным вопросам идет через представителей.