Книга Ошибка в титрах, страница 2 – Ася Моро

— Трейси, не стоит так горячиться, — строго сказал Адам. — У всех бывают трудности. Может, и у Кроули они тоже возникли с подбором актерского состава. Дилан вообще, насколько я знаю, не ходит на читки. До сих пор не понимаю, как его не поперли со всех проектов.

Дилан — блондин с холодными изумрудными глазами — перевел свой взгляд с двух улыбающихся ему девушек у стойки бара на свою компанию.

— Просто я знаю, как успеть все и сразу и быть от этого в плюсе, — с самодовольной ухмылкой ответил он.

— Да брось! Просто ты знаешь, как трахнуть всех кого нужно задобрить! — смеясь и колко бросила еще одна подруга — стилист Хлоя Коулман.

— Дорогая, чтобы сниматься в кино, мне не обязательно кого-то тащить в постель. Мне нужен лишь мой талант и харизма! — Подмигнув Хлое, Дин допил из своего стакана виски и пружинистой походкой отправился к девушкам у бара.

— Как всегда в своем репертуаре! Кое-как собираемся, чтобы провести время вместе, а Дилан как обычно сваливает на потрахушки! — злилась Трейси.

— Да брось ты! Как будто ты не знаешь нашего Дилана!

— Ладно, забудем об этом придурке. Николас? Почему ты молчишь? Николас? Ты меня слышишь?

В это время Николас Гарсия просматривал страницу девушки из России, которая написала ему сообщение, зацепившее его за душу. Оно было не похоже на остальные: без криков восторга, без просьб о фото, без фанатичного восхищения. Просто теплые, искренние слова о его работе.

— Ах да... Я здесь... — не отрывая взгляда от экрана телефона и перечитывая строчки на кириллице, он даже перевел их через переводчик, Николас ответил друзьям.

— Что с тобой? Почему весь вечер сидишь в телефоне?

— Перечитываю почту... И одно сообщение меня заинтересовало.

— И что же это за сообщение? — Хлоя перегнулась через столик с любопытством кошки.

— Молодая девушка... Как я понял, из России. Пишет о том, что герой моей недавней работы был таким, каким она себе и представляла.

— Да брось! — фыркнула Трейси. — Каждая вторая девчонка в мире влюбилась в твой торс после просмотра фильма!

— В том-то и дело... Она не пишет как влюбленная девчонка-фанатка. Она восхищается не моей внешностью или «торсом», а моей работой. Она поняла персонажа так же глубоко, как я сам пытался его понять на площадке.

В баре повисла тишина. Даже Дилан на секунду отвлекся от своих барышень.

— Значит... ты должен ей ответить! — воскликнула Хлоя первой нарушив молчание.

— Ник, поблагодари ее! Видимо, она по достоинству оценила твою работу.

Друзья смотрели на него с ожиданием.

— Думаю... что так и поступлю.

Пока компания продолжала свою беседу за бокальчиком виски, Трейси все еще ворчала про кастинг, а Дилан активно «окучивал» двух моделей у бара и судя по всему успешно, Николас думал о том, что же написать девушке из далекой России так, чтобы не показаться банальным или высокомерным.

Он набрал текст на английском языке:

«Анна,

Спасибо за Вашу оценку моего творчества. Хотел бы с Вами продолжить общение».

Он перечитал сообщение еще раз и нажал «отправить». В этот момент где-то за тысячи километров от Лос-Анджелеса на телефон одной восемнадцатилетней девушки пришло сообщение, но она его уже не получила…

Телефон на столе завибрировал. Коротко, едва слышно, словно робкая попытка привлечь к себе внимание. Анна, сидевшая над учебником по истории, даже не подняла головы. В последнее время ее телефон жил своей жизнью: бесконечные уведомления из групповых чатов, спам о скидках в магазинах и автоматические рассылки от сервисов, на которые она когда-то подписалась и давно забыла. «Наверное, опять реклама», — мелькнула мысль и тут же растворилась. Она вернулась к строкам о реформах Петра I, но буквы расплывались перед глазами. Мысли снова ускользали в прошлое, к тому самому вечеру, когда она отправила сообщение в пустоту. Прошел месяц. Целый месяц ожидания и тихой, саднящей надежды. Анна не заходила на тот аккаунт каждый день — это было бы слишком больно. Она заходила туда каждую свободную минуту. Проверяла папку «Входящие», «Спам», даже «Корзину», словно письмо могло материализоваться из ниоткуда. Но ответа не было. Тишина была оглушительной.