Книга Молот. Запретная страсть, страница 14 – Руби Райт

И только пару секунд спустя я поняла, что это запись. Ну конечно…

— Не люблю тратить время впустую. Предпочитаю делать несколько дел одновременно, — снова выдает что-то дико занудное и берет в руки кружку с чаем. Отпивает глоток, ставит кружку на место и на меня вдруг уставился.

— Еще есть какие-нибудь правила? Ну чтобы я могла подготовиться?

Кто его знает. Странный он. После девяти не ем, делаю несколько дел одновременно…

То, что я о нем прочла, и то, каким было мое первое впечатление, совсем не сходится с тем, что мне говорит Матвей.

— Не буду тебя сразу шокировать, сладкая. Оставим все интересное на потом.

— Лера. Меня зовут Лера, — произношу четко каждую букву, чтобы он, наконец, услышал и перестал говорить это неприятное слово.

— Я знаю, Валерия Константиновна. Но я трудно запоминаю имена, слишком много их, издержки работы. Поэтому пользуюсь методом ассоциаций.

— Ассоциаций? — уточняю. Мне интересно услышать всю логическую цепочку. Я никак не могу понять, как он посмотрел на меня и решил, что я сладкая.

Молотов придвигается чуть ближе. Я не шевелюсь. Лишь моргаю и смотрю прямо ему в лицо. Точнее взгляд притягивает все та же прядь волос, что никак не хочет ему подчиниться и лежать со всеми остальными.

Он еще ближе, буквально лицом к лицу, но границы не переходит. Говорю же, змей. И поэтому я не шевелюсь. Никаких резких движений.

— Хватит спрашивать, — говорит шепотом. — Ты не получишь ответы на свои вопросы, пока не ответишь мне на главный. Где твоя мать, Лера?

— Я не знаю, — шепчу в ответ и наконец вдыхаю. Кажется, от этой задержки воздуха у меня слегка голова закружилась. А может, и от страха.

Я в отеле со взрослым мужчиной, который демонстрирует явно непрофессиональное отношение ко мне. Головой я понимаю, что он всего лишь мужик, который привык получать всех и вся, но меня он не получит. Пусть хоть что говорит, называет, как ему будет угодно, я не поддамся на его уловки. Но вот беда…

Одна фраза, один взгляд этого мужчины, и я вспыхиваю. Внутри горит огонь раздражения, возмущения, злости, и выражается это все на моих красных, горящих щеках.

Уверена, румянец у меня сейчас тот еще…

Матвей какое-то время сверлит меня взглядом, но на моем лице лишь невинность, непонимание, наивность. Хотя он мне не верит. Я это знаю и вижу по его лицу. Не верит, знает, что я лгу ему, но ничего не говорит. Совсем ничего.

Он лишь отодвигается, отключает паузу и продолжает смотреть футбол…

Молча доедаю еду, что в моей тарелке, запиваю все это отвратительным травяным чаем и встаю с места.

Молотов еще делает вид, что меня нет в комнате. Как же это бесит…

Почти дошла до двери, как:

— Верни мне мой телефон, — говорю громко, чтобы перекричать телевизор.

Слабо надеюсь на положительный ответ, но кто знает.

— Попытка засчитана, Лера. Иди спать, утром поговорим, — отвечает Матвей и на мгновение оглядывается.

Не смотрю на него. Смиряюсь со своим положением и иду спать.

И я уснула. Но просыпалась, наверное, раз пять за ночь. Постоянно прислушивалась, непонятно зачем. Что я хотела услышать?

В итоге окончательно встала в шесть утра. Душ, легкий макияж, одежда. Еще пару минут покружила по комнате и вышла из нее.

Раздражает это бездействие. Это незнание. Эта тишина.

В гостиной, или как там называется общая комната, никого. Дверь к Матвею закрыта, и я туда не решусь даже постучать.