Книга Молот. Запретная страсть, страница 22 – Руби Райт

— Я помню. Вот только у меня есть «но».

— Какое «но»? — начинает злиться собеседник. Понимаю по голосу. Обычно он у него ровный, без явных всплесков, но не сейчас.

Где же ваш самоконтроль, господин Молотов?

— Пять миллионов на мой банковский счет, и я тебе скажу. — Иду ва-банк, не раскрывая джокера, что припасла на потом.

— Ух-х. — Дергает бровями Матвей и растягивает ухмылку. — Торговаться вздумала, сладкая?

— Ты что? Я и торговаться? За кого ты меня принимаешь? — возмущаюсь, прижав ладонь к своей груди. — Я помочь тебе хочу, так сказать, по-дружески.

— А мы уже друзьями стали? Не так давно ты была моей невестой. Это понижение?

— Не-а. — Машу головой. — Невестой никак. Ты для меня слишком старый.

— Опустилась до оскорблений? — Эмоционально никак не отреагировал. А он хорош.

Когда я разговариваю с преподавателями, они обычно выходят из себя. Все выходят, но не Матвей. Он умеет поддержать такого рода разговор.

— Старость не оскорбление. Все когда-то будут старыми. Просто ты чуть раньше меня. — Все еще смотрю в его глаза и теперь уже я начинаю нервничать.

Матвей так пялится сейчас… Так смотрит, словно ему нравится наш разговор. Словно я его провоцирую и он испытывает от этого удовольствия. Но я не хотела такой реакции. Любой другой, но не этой.

Я хочу, чтобы он разозлился, может, почувствовал, что на крючке у меня. А он…

— Пять миллионов, значит? — Молотов облокачивается на спинку стула и снова выглядит надменным.

Нет, мне казалось, он совсем не беспокоится о себе. Он ничего не боится, а вот мне стоит после того, что я ему вывалила.

— Всего пять.

Для него же это сущие копейки, а мне деньги пригодятся. Хочу свою квартиру. Не съемную, не ту, где мама живет, а свою. Мое личное убежище.

— Это большие деньги. Я никому не давал таких денег даже за самую сложную работу. А что если…

— Сейчас угрожать станешь? Скажешь, что меня дешевле убить? — Решаю нападать и не ждать его страшных угроз.

— Ха-ха, убить? — Начинает громко хохотать Матвей. — Девочка, кто я, по-твоему? Киллер? — Продолжает смеяться, но уже сдерживая порыв.

— Ну ты можешь кого-нибудь попросить…

— Миш, убьешь ее за пять лямов? — обращается он к охраннику, что позади меня стоит, и я оглядываюсь. Смотрю на Мишу, а тот тоже усмехается.

И чего я такого смешного сказала? Хотя, наверное, все же сказала. Мужчины смеются и мне тоже смешно от их хихиканья, но я сдерживаюсь. Слабину сейчас нельзя давать ни в коем случае. У меня серьезная сделка намечается.

— Я пас, Молот. Детей не убиваю, — жестко отшучивается Миша и выходит за дверь. Видимо, Матвей кивнул ему, чтобы тот оставил нас наедине.

Зачем наедине?

— Слышала? Миша не станет. И никто из моих людей не станет. Зря ты так обо мне думаешь, Лера.

— А кто тебя знает. Похищать с улицы ведь можешь, наручниками приковать можешь. Вдруг ты и на большее способен?

— А ты мне расскажи все, и не нужно будет проверять мои возможности, — снова говорит с двойным смыслом. И от этого немного страшно.

— Пять миллионов, — говорю уверенней прежнего.

— Твоя цена? — Не вопрос, а неприятный намек с его стороны. Снова. И смотрит еще с интересом противным. О чем он сейчас думает вообще?

— Цена информации.

— Хорошо, — соглашается, но я вдруг замолкаю.

Не знаю, что говорить. Я не думала, что Матвей согласится так быстро. Не продумала следующие шаги.