Книга Любить меня - плохая идея, страница 32 – Чарли Ви, Саша Яр

— Вик… — умоляюще шепчет она, заглядывая мне в глаза. — Ну раз уж мы пришли… давай останемся, а? Пожалуйста! Ты ведь им уже всё высказала, ты крутая. Пойдём посидим вон там, на диване? Никому мешать не будем. Ну ради меня!

Я перевожу взгляд с Марины на широкую спину Сола в чёрной футболке. Он перекидывает ремень гитары через плечо и что-то негромко говорит Баху.

Если я сейчас развернусь и уйду — это будет выглядеть так, будто я сбежала, как только он милостиво позволил мне это сделать. Поджала хвост и подчинилась его «свободна».

— Ладно, — цежу я сквозь зубы. — Но я буду сидеть в самом дальнем углу. И если он хоть слово скажет в мою сторону…

— Мы сразу уйдём! Обещаю! — радостно пищит Марина и тянет меня к старому кожаному дивану у противоположной стены.

Мы падаем на продавленные подушки. Я принципиально закидываю ногу на ногу и скрещиваю руки на груди, выражая крайнюю степень презрения к происходящему.

Макс берёт медиатор, поворачивается к нам лицом и бросает на меня короткий, тёмный взгляд.

— Поехали, — коротко командует Сол. — «Без тормозов».

Ударные Стаса отбивают чёткий ритм, следом взрывается бас Правого, и студия наполняется плотным, вибрирующим звуком.

Я помню, как слышала их в клубе «Эклипс». Помню, как меня пробрало. Но здесь, в закрытом помещении студии, акустика совершенно иная. Звук обволакивает, бьёт мощной волной прямо в грудную клетку.

Макс закрывает глаза, наклоняется к микрофону, и его голос с глубокой, царапающей хрипотцой заполняет собой всё пространство:

Мы летим с тобой вперёд.

Нас никто уже не ждёт.

Без тормозов…

Марина рядом восторженно замирает, не сводя глаз с Левого, который сосредоточенно выдаёт сложный рифф на своей гитаре. А я злюсь на себя за то, что вместо того, чтобы сидеть с каменным лицом, невольно начинаю вслушиваться. За то, что этот чёртов манипулятор на сцене действительно чертовски хорош. И оторвать от него взгляд стоит огромных усилий.

Я сижу на продавленном диване, честно пытаясь сохранять вид равнодушного наблюдателя, но с каждой новой песней это становится всё сложнее.

Парни работают слаженно. Они перебрасываются короткими фразами, шутят, тормозят друг друга, если кто-то лажает, и начинают кусок заново.

Дэн то и дело стреляет глазами в сторону Марины, заставляя её краснеть и глупо хихикать. Бах, невозмутимый как скала, изредка вставляет едкие комментарии, заставляя всю группу ржать.

Сол же… он как будто вообще забыл о моём существовании. Полностью погрузился в процесс. Ни одного взгляда в мою сторону, ни одной провокации.

Он закрывает глаза, когда поёт, его пальцы уверенно скользят по грифу гитары, и от этого его тотального игнора я чувствую странное, царапающее раздражение.

Я пришла сюда воевать, а со мной не воюют.

После очередного мощного трека ребята объявляют перерыв. Стас с облегчением откидывается на табурете за установкой, Кирилл отключает бас и тянется за бутылкой воды.

— Ну что, фанатки, не оглохли ещё? — Дэн спрыгивает с небольшого подиума и плюхается на диван рядом с Мариной, небрежно закидывая руку на спинку за её плечами.

— Вы просто потрясающие! — выдыхает Марина, глядя на гитариста глазами размером с блюдца. — Это было так круто! Я даже не представляла, что вживую это звучит настолько мощно! У вас энергетика просто бешеная!