Книга Любить меня - плохая идея, страница 46 – Чарли Ви, Саша Яр

— Да, — выдыхаю я, поспешно пристёгивая ремень. — Поехали.

Машина трогается с места. Я не удерживаюсь и всё-таки оглядываюсь назад. Они так и стоят на обочине, провожая меня светом фар, пока такси не скрывается за поворотом.

Откидываюсь на спинку сиденья и прикрываю глаза. Ну и ночка.

И как мне, спрашивается, теперь смотреть на них обоих в понедельник в универе?

И, что ещё хуже, как они будут смотреть друг на друга на ближайшей репетиции?

Группе явно предстоят весёлые времена.

Губа снова трескается на припеве. Я глухо матерюсь прямо в микрофон, опускаю гитару и стираю кровь тыльной стороной ладони.

Музыка обрывается. В студии остаётся только фоновый гул включённых комбиков.

Дэн косится на меня, потом переводит взгляд на Баха. Артём сидит на стуле в противоположном углу и спокойно натирает смычок. На скуле у него наливается синим здоровый синяк, бровь заклеена пластырем. У меня видок не лучше: губа разбита, а на затылке пульсирует шишка. Мишка приложила нас шлемом так, что до сих пор искры из глаз сыплются, стоит только вспомнить. Бешеная.

— Вы бы хоть тоналку у девчонок попросили, — не выдерживает Левый. — Реально как два гопника из подворотни. На нас завтра фотограф придет смотреть, а вы...

— Завали, Дэн, — одновременно и с абсолютно одинаковой интонацией бросаем мы с Артёмом.

Левый поднимает руки, сдаваясь, и отходит к Кириллу, который молча копается в проводах от баса.

Я снимаю ремень гитары, прислоняю её к стойке и иду через всю комнату прямо к скрипачу. Бах перестаёт водить канифолью по смычку и поднимает на меня взгляд. Спокойный, сука. Непробиваемый. Меня от этого его спокойствия кроет ещё сильнее.

— Держись от Вики подальше, — говорю я. Голос звучит ровно, но Дэн с Кириллом за спиной моментально затыкаются.

Бах даже не меняет позы.

— Или что? — спрашивает он. — Снова хочешь на асфальте поваляться?

Я делаю шаг вперёд, хватаю его за грудки и рывком сдёргиваю со стула. Скрипка чудом не летит на пол — Бах успевает перехватить её за гриф, а свободной рукой бьёт меня по рукам, пытаясь скинуть захват.

— Она моя, — цежу я ему прямо в лицо. — Я понятно объясняю? Не лезь к ней.

— Она не гитара, Макс, чтобы быть твоей, — Артём упирается предплечьем мне в грудь. Никакого страха, только упрямство. — Вика сама решит. И что-то я не заметил, чтобы она горела желанием прыгнуть к тебе в тачку.

Я замахиваюсь, напрочь забыв, что мы на базе и что обещал себе не распускать руки до конца репетиции.

— Эй, хорош! — Дэн кидается между нами, повисая на моей руке. С другой стороны подскакивает Кирилл, хватая Баха за плечи и оттаскивая назад. — Вы совсем рехнулись? Нам на слушание идти, а вы друг другу пальцы ломаете!

— Пусти, Левый, — рычу я, пытаясь вырваться.

Раздаётся оглушительный грохот.

Мы все рефлекторно вздрагиваем. Стас сидит за установкой и невозмутимо опускает палочки, которыми только что со всей дури втащил по тарелке. Медь всё ещё мелко вибрирует, глуша нас звоном.

Грув старше всех нас. Он всегда тормозит наши разборки, когда мы подходим к краю. Сейчас он смотрит на меня и на Артёма так, словно мы два идиота-первокурсника.

— Успокоились. Оба, — веско произносит Стас. — Дэн, Кир, отпустите их.

Парни неохотно разжимают руки. Я одёргиваю футболку, тяжело дыша. Бах аккуратно кладёт скрипку в кофр.