Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
— Пусть. — кивнула добрая женщина. — Тут у нас всё простое. Обезьянка посидит, отдохнёт. Когда мы вернулись, Каролина протянула картонку и шепнула мне: — Пироженки, что ему понравились! И я, пока не видит Ян, хотела было сразу заплатить, но та покачала головой: — Видишь, как пан Господь людей сводит? У нас с Яном трое детей. Все отдельно живут. Если надо, они смогут приютить вас с ребенком. Да, Бахрам? Мои внуки быстро научат тебя чешскому. Mluvit po moravsku! Удачи, Мишка. Береги себя и сыночка! — Я еще утром не думала, что мир полон не только бандитами, что нас ищут, но и отзывчивыми на помощь людьми. Вы, тэта Каролина, и ваш муж такие. Большое вам спасибо! — Помни, если надо, примем. Куда тебе беременной по свету мыкаться? А там гляди, беда пройдет, к родственникам переправим. Пан Ваклав говорил, что вы в Карпатах живете, на границе с Венгрией... Мы вышли наружу. Потеплело. Но меня пробирал сейчас озноб. От страха перед неизвестностью. От дороги в пару сотен километров. После прощания с Яном и Каролиной, мы разместились в кабине фургона Якуба. Прокручивая события сегодняшнего утра, я еще раз поблагодарила Бога за добрых людей, что встретились нам с Бахрамом. И дедечека тоже вспомнила. Именно утром, перед дорогой до Брно, у нас с сыном получился сытный завтрак и взяты запасы с собой. А в душе у меня остаётся тепло и надежда на крошечный островок спокойствия, который родной моравский леший, даже после смерти, обеспечил мне — его любимой Мишке. Чувствуя, как подкатывает ком к горлу, я собрала силы и заставила себя не плакать. Сидела, смотрела вперед на дорогу, прижимала к себе хрупкое тело сына, уставшего от маеты ненужных в его возрасте ночных прогулок по подземельям моравского Карста и отработанным участкам штолен. Заснуть не могла. Слишком много противоречивых мыслей бушевали в голове. Взвешивая "за" и "против" я все-таки заставила себя отказаться от звонка рыжей. Подставлять подругу и Адама, их семью с двумя детьми не хотелось. Рискованно. Но именно Жилка бы первая примчалась ко мне с Бахрамчиком на помощь. Только, если нас достали на хуторе в халупе деда, то, по логике, контакты с моими друзьями и близкими у бандитов тоже имеются, а значит, проверяются первоочередно. Зять Яна вел фургон ровно, не превышая скорость и не разговаривая со мной. Слушал радио и, наверное, думал о чем-то своем. Расстегнув сумку, я запустила руку внутрь и, нащупав, достала мобильный. "Позвоню еще раз Рокусеку." — подумала, укладывая голову заснувшего сына себе на колени. — "Крыстоф ответственный и отзывчивый человек. Помог один раз и от второго не откажется"... Но потом, отогнав прочь все сомнения и стеснение, повинуясь необъяснимому сейчас спонтанному порыву, набрала краткое смс: "Sir, Pag." И спешно, чтобы не передумать, отправила на номер в WhatsApp, которым не пользовалась несколько лет. — Выбор сделан. — прошептала сама себе и увидела через мгновение реакцию на мое сообщение. Серые галочки окрасились в синий цвет. Значит, прочёл. ______________ Сноски к главе: *Děcko [де́чко] — разговорное обращение, означающее милое «малыш, ребёночек», употребимо в быту чехами. *Упоминается пара имён хранителей штолен — в духе чешского фольклора: Светлуш (Svetluš) — от словаsvětlo («свет»). Дух, что зажигает тихий огонёк в темноте. Каменек (Kamenek) — отkámen («камень»). Маленький, крепкий, будто вырос из самой стены штольни. Такой дух не говорит много, просто сидит где-то в тени, слушает дыхание потерявшегося человека и чуть-чуть двигает камешки, чтобы звук вёл в нужную сторону. |