Книга Глубже моря любви, страница 265 – Макс Линн

После короткого приветствия Кодадад написал:

«Я выдвинул конгломерату условие. Или члены совета срочно подключаются, чтобы тебя оправдали по всем предъявленным статьям, вернув активы, или будут обнародованы материалы, которым обрадуются не столько местная полиция, сколько интерпол и другие. При этом моя смерть в ближайшие год будет расценена, как насильственная, и мгновенно повлечет обнародование секретных данных через надежных лиц в системах I-24/7, GCCPOL, SIENA, Sharaka* и других.

Единственный истинный наследник моего друга Рахнамы! Ты мне, как сын. Завещание на мои капиталы и имущество оформлено только на тебя. Будь осторожен в поисках правды. Если моя свеча давно горит на ветру, то твоя и твоих близких — в центре шторма. Ловушки расставлены теми, от кого ты не ждешь. Жду тебя с семьёй домой. Соскучился.»

Последние фразы въелись в меня сквозными ранами. Кодадад, перенесший тяжелейшую операцию на сердце, не случайно упомянул о свече, имея в виду жизнь...

Я перечитал второй раз окончание письма. Много заботы и волнения проявляет старик... Даже в уголках глаз защекотало. Не слезы ли?

Потом быстро набрал короткий ответ, убедив приемника отца, что буду предельно осторожен. Поблагодарил.

Меня отвлек Ашан своим докладом, открыв дверцу внедорожника и сев рядом со мной.

— Нашли один естественный карман под насыпью и, чуть поодаль, нишу между крупными валунами. Туда идеально всё поместилось. Чехлы с ракетной компактной установкой, калашами, остальные стволы и гранаты. Сверху всё прикрыли сухими ветками и камнями. Никто не найдет.

— Пранав связался с оплаченным погранцом? — залезая на переднее сидение спросил Али и добавил: — Трогай!

Ответить бойцу я не смог, нажав на контакт айтишника.

— Что за… — ругнулся, услышав «Вы набрали незарегистрированный номер!»

— Босс, я подумал, если выхода на оплаченного человека среди пограничников не найдем, может быть стоит сделать крюк и «пропуститься» через иранский КПП к афганскому — Дост-Мохаммад (Dost Mohammad)? — предположил Ашан.

Я отвлекся от смартфона и задумался.

Идея неплохая.

На этом переходе меньший, более «провинциальный» переход, хотя по масштабу и потоку сильно уступает Зарандж — Милаку. Но от иранского КПП мы в трех кэмэ и оружие отложено в схрон, чтобы потом нелегально пешком перейти русло вади и забрать все своё...

— Да, там меньше трафика, грузовиков, людей, как и бюрократии на виду. Но мы не местные белуджи, что примелькались регулярным хождением туда-сюда ек родственникам в Афганистан. Плюсы есть: в более «ручном» контроле, без конвейерного досмотра. Но в этом и минус. Затеряться невозможно в таком потоке, как в Милаке и может быть устроен более пристрастный досмотр, вместо того же автомобильного сканера. — спокойно рассуждал я, сам все еще взвешивая «за» и «против», каким путем въехать в Афганистан и достичь конечной цели.

Словно отвечая на мой вопрос пискнула мобила.

«Делшад». — увидел я контакт и открыл его смс.

— В стамбульском офисе полиция. Пранав найден мертвым в одном из служебных коридоров отеля, недалеко от технического узла. Никто ничего не видел. Я поручил IT-отделу проверить все камеры внутри и снаружи с ночи до утра.

Я вытаращи глаза, не веря и тут же тыкнул в контакт помощника.

Он скинул вызов. Видимо, не мог сейчас ответить.