Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
Жаль было не только оставленного бывшего мужа, но и полюбившийся дом на берегу Ядрана, в котором поселилось ощутимое одиночество без хозяйки... Пусть Томи выздоровеет, полностью отпустит свои обиды ко мне. Тогда и он сможет начать что-то новое в своей судьбе. Как я смогла, отпустив прошлое, решила начать новое и дала согласие стать женой иранца... Когда-то давно, во время одного путешествия, моя начитанная мама мне говорила, что первую половину пути уехавший вспоминает, кого оставил, а вторую думает о том, кто или что его ждёт. Так и я. Мысли о хорвате сменились ожиданием встречи с Зхубином, предположениями, как все пройдет в аэропорту... Но стоило мне решить — пора отдохнуть, расслабиться, не тут-то было! Моя радость рассеялась, как только самолет оторвался от взлетной полосы. Одновременно желудок сжался и решил тоже совершить "разбег" ввысь. Отстегнувшись и развив скорость по салону, я устремилась в бортовой туалет. Ощутив все прелести выворачивания наизнанку, взглянула на себя в мутное зеркало. Спрашивать его заискивающе насчет "милее, румяней и белее" — было бы сейчас верхом тупизма и пофигизма. — Не надо себя расстраивать! — пробормотала я отражению. — Нехер депрессняку лыбу строить! Дед Ваклав обозначил бы увиденное одним словом: ropucha (*чеш. жаба). Исходя из зеленого оттенка физиономии. А его мнение для меня котируется на высшем уровне уважения, любви и почитания! — Госпожа, с вами все в порядке? Требуется помощь? — услышала я через раздвижную дверь знакомый голос. "Ёб тебя побери и не отпускай!" — промелькнуло раздражительной кометой в башке. — Нет, Реза! Оставь меня хоть здесь в покое! Мешаешь сосредоточиться и поразмыслить о невечном, сидя ровно на... Хотелось сказать другое, грубее, но сил в моем истерзанном тошнотой организме не осталось ни капли. Пошатываясь я добрела до своего кресла, где нашла несколько пакетов Barf bag для страдающих воздушной болезнью. Поспешившая ко мне стюардесса улыбнулась и сообщила утешительную информацию: — Если понадобится еще, возьмите в кармашке сидения перед вами! А если закончатся и эти, только нажмите кнопку вызова, принесу вам новые! — Спасибо. — ответила я и подумала: "А что если доктор Марин был прав? Тогда мое головокружение, слабость и тошнота с рвотой могут быть симптомами сотрясения мозга." — Нет. Судя по жизни, которую я сама себе сочиняю, мозгов у меня не осталось! А значит и трясти было нечего. — пробурчала я самой себе неутешительный вывод, как равно и диагноз. — Вы что-то сказали? — переспросил меня Реза, внимательность которого сегодня уже стала меня выбешивать. — Говорю, какой красивый вид из иллюминатора! — Так он же закрыт. — Неужели? А мне, мля, сквозь створки облака видны... Я попыталась заснуть, но мутило не на шутку и вскоре один за другим, на протяжении всего полета, использовались все гигиеничные пакетики. Реза, сидящий рядом, терпеливо вытаскивал из пачки и подавал мне то носовые салфетки, то воду. Я вытиралась, пила и на некоторое время успокаивалась. — Хотите соленых сухариков? — предложила подошедшая ко мне пассажирка с круглым животиком. — Мне очень помогает утихомирить токсикоз! У вас какой срок? — Спасибо, но я не беременна! Врач предполагал сотрясение мозга. Да еще почему-то сегодня сильно укачивает. |