Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
— Не такой я представлял себе жену арбаба Зхубина. Ты — чужая и отдалилась от меня. Мне неловко смотреть тебе в глаза, но ты узнаешь правду! — Вываливай! — выдохнула я и скривилась от неизбежности. Меня уже напрягало настойчивое давление со стороны Пайама. — Пойдем. В женской комнате можно закрыться и никто не помешает мне сказать тебе кое-что очень важное. Гарантирую, что после этого ты уже не будешь женой Рахнамы старшего! — С хера не буду? Только что подписи в брачном контракте поставили! Ты что удумал? Здесь говори. — уперлась я и даже поискала взглядом опору, чтобы зацепиться и не поддаваться иранцу. — А то свистну Масуда. Он — мой телохранитель. Бывший "друг" даже не остановился, а, наоборот, прибавил шагу промолчав. Мы отдалились от площадки с гостями и свернули за угол в сторону входа в женский туалет. — Успокойся. — все охранники заняты делом. Нужна ты им! Увлекаемая за темной дишдашей Пайама, я успела бросить взгляд по сторонам. Но кричать только из-за того, что родственник моего мужа собрался мне что-то сказать, посчитала глупостью. Опозориться самой и заодно поставить в неловкое положение Зхубина перед высокопоставленными гостями, которыми он дорожит, было бы верхом головотяпства. Знаю. Проходила уже. В Венгрии. На второй день свадьбы Миклоса и Франтишки. Я тогда сбежала от Радимира*, сделавшего мне совершенно неожиданно предложение руки и сердца. Мы стояли тогда на сцене перед тремя сотнями гостей. И меня понесло... Убежала. Уехала. Очнулась лишь в Моравии у порога в дом своего деда-чеха, не узнавшего в ночи меня — любимую его внучку и пригрозившего пристрелить на месте... Господи! Какие были тогда классные и счастливые времена! А что теперь? Кто знал, что после знакомства с альфа-самчелло Пайамом я окажусь в Иране?.. И сейчас прилип старой отжеванной жвачкой, хера с два отдерешь. Если так подумать, зачем мне — будущей маме подобные стрессы? Поэтому поддалась, семеня по выложенному кафелем коридору. Пайам достиг двери с наклейкой женщины в хиджабе и занес свободную руку, расставив пальцы, собираясь пятерней открыть дверь... Ладно таблички. Меня каждый раз удивляет здесь в общественных туалетах дырка в полу и шланг для смыва. Неудобно и негигиенично. К тому же постоянно мокро на плиточном покрытии и можно промочить ноги, если зайти в WC открытой обуви. Фишку, вернее бизнес, для проката резиновых сапог или галош никто пока не предпринял. А пора посадить на входе кассира или кассиршу с разными размерами непромокаемой обувки! Ладонь Пайама с размаха пришлась в полотно двери и мы услышали возглас: — Ах, ты шайтан! А за возмущенным воплем появилась пожилая женщина и... няня моего мужа. — Ханум Афсун! — узнала я следовавшую за ней. — Арбаб Рахнама-младший, — проигнорировав меня, уставилась она на Пайама. — Не стыдно? Что за хождение за руку с супругой твоего дяди? Чего остолбенел? Зачем открыл дверь женской уборной? Позор! Позвоню, вот, обязательно позвоню, арбабу Юсуфу и пожалуюсь на его безмозглого сынка! Пайам разжал хват своих пальцев на моем запястье, но ничего не успел придумать в свое оправдание. Со стороны площадки празднования свадьбы раздались крики. А дальше — подхваченный один за другим в панике невыносимый для ушей визг, громкие возгласы ужаса, вой какой-то женщины заставили меня, иранца и Афсун с какой-то из наших гостей поторопиться к месту происшествия. |