Книга Пока я тебя не помню, страница 79 – Полина Дмитриева

Яна чувствует, как начинают дрожать руки. Из глаза скатывается слеза, и она, отворачиваясь от Юры, незаметно вытирает ее.

— Не знаю, что и думать, — тихо говорит она наконец. — Я ведь раньше никогда… не ревновала его.

— Когда все эти мелочи начинают складываться в одно, немудрено, — отвечает Юра. — Но я вообще рад, что ты сама об этом заговорила.

— Почему?

— Да мне тоже давно кажется, что Максим что-то недоговаривает тебе. Ты… зашла бы как-нибудь, посмотрела, как они общаются.

— Ты думаешь, он мне изменяет? — почти шепотом спрашивает Яна. — Мне прямо не верится, но… Юр, ты ведь его друг, ты с ним работаешь вместе. Ты явно больше меня знаешь… Я понимаю, что ты и его предать не можешь, сказав мне что-то, но… мы же с тобой тоже вроде как друзья.

Рука Юры ложится на ее ладонь.

— Я думаю, ты все правильно поняла. Он точно что-то скрывает.

Она поднимает на Юру беспомощный жалобный взгляд, словно умоляя его ничего не скрывать от нее.

— И все эти подозрительные мелочи… Я согласен с тобой, что тут что-то не так.

Яна мерила шагами комнату и уже сбилась со счета, сколько раз она прошла от двери до кровати и обратно. Она начала считать свои шаги, чтобы перестать думать, но это было все равно что перестать дышать. Она слышала, как Максим на кухне гремит посудой, знала, что скоро он позовет ее на ужин, и самой страшной казнью представлялось ей сейчас выйти туда как ни в чем ни бывало и поддерживать с ним приятный разговор.

Все ее прежние сомнения вернулись к ней и терзали ее с новой силой, потому что обросли новыми фактами. Вернулась к ней ее прежняя уверенность в том, что Максим всегда был нечестен по отношению к ней, завел роман на стороне. Она мучилась, но вместе с тем впервые за долгое время ощущала себя свободной от мук совести. Если Максим сам изменял ей, то она не просто так бросилась в объятия Юры. Значит, она виновата не так сильно, как корила себя все эти дни.

Она замерла, услышав стук в дверь.

— Яна, ужин готов.

Она обернулась к двери. Помедлила немного, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. И вышла из комнаты.

Максим уже расставил на столе тарелки, в которых дымилась курица с картошкой. Уже нарезал хлеб и сел на стул, поджидая ее. Она подошла и села на диван, не сводя с него настороженного взгляда, но он не смотрел на нее. Взял вилку, принялся за еду и только потом увидел, что Яна сидит, не шелохнувшись.

— Что такое? — спросил он, прожевав.

— Ты изменял мне с Олей? — спросила она после напряженного минутного молчания.

Максим бросил вилку на стол, откинулся на спинку стула и, запрокинув голову назад, шумно вздохнул.

— Что ты вспомнила, Яна? — спросил он наконец.

— А ты все время боишься, что я что-то не то вспомню? — ядовито отозвалась она.

— Да я же не об этом! — он повысил голос, но потом, успокоившись, продолжил: — Прости… Я просто…

Закрыв глаза, он покачал головой.

— Так ты изменял мне или нет? — спросила Яна.

— Нет, — ответил Максим, не глядя на нее, но и это ее воспаленный сомнениями мозг счел подозрительным.

— Хорошо, — согласилась она. — А почему я так думала, Максим?

— Я не знаю, Яна, — выразительно проговорил он.

Она встала из-за стола и подошла к двери в свою комнату. Уже взявшись за ручку, она обернулась и сказала:

— Ты говорил, что измучен моим постоянным недоверием к тебе. А я измучилась постоянными сомнениями. И, знаешь, Максим, ты думаешь только о себе.