Книга Будешь моим, страница 2 – Дарья Беженарь

— Ну что там? Всё готово? Можем ехать тусить? — спрашиваю Киру.

Она положительно кивает.

Обрадовавшись, иду вприпрыжку — насколько это позволяют мои каблуки — к машине.

И тут в спину мне выстреливает щегловский бас:

— А Мар в курсе про твои тусы?

Вот какое тебе дело, а?

Оборачиваюсь, надеваю улыбку малышки Малики — самую невинную, какую могу изобразить:

— Конечно, в курсе, — хлопаю ресничками, будто ангел.

— Хм. И видел, во что ты одета? — он рассматривает меня, но не с сексуальным подтекстом, а как рассматривает меня отец, когда я иду гулять с подругами, или старший брат, который готов прибить любого, кто косо на меня посмотрит.

— А что не так с моей одеждой?

— Кажется, ты к своему топику забыла надеть штаны.

Улыбчивый тормоз выносит мне попить. Аллилуйя!

— Вань, это называется платье, — поясняю я, делая глоток ледяной воды и чувствуя, как жизнь возвращается в моё обезвоженное тело.

— Платье — это то, что ниже жопы. И на тебе сейчас явно не оно.

О боже… Солдафон. «Жопы»… Как красиво. Прямо поэзия рабочего класса.

— Ой, Вань, всё. Отвянь. Ещё ты меня не напрягал, мне Марата выше крыши.

— Ты как со старшими разговариваешь? — летит мне в спину.

— Иди в жопу, Вань, так понятнее? — бросаю через плечо и сажусь в машину к девочкам, чувствуя себя победителем в этой словесной дуэли.

— Вот же душнила какой, а! — возмущаюсь я, захлопывая дверь.

— Ты про этого красавчика? — спрашивает Кира, явно не разделяя моего негодования.

И эта туда же! «Мозги подруг, вернитесь, а?»

— Никаких красавчиков я здесь не заметила, — фыркаю.

— Да ладно тебе. Скажи ещё, что не поплыла, когда увидела его, — не унимается Кира, подмигивая, как заговорщик.

Закрываю глаза рукой.

— Поплыла… Я тоже видела, — включается Катя.

Ох и дурочки…

— Это друг брата. Он ошивается у нас дома всю мою жизнь. Солдафон и кирзовый сапог. От чего мне там плыть? Разве что от него — и побыстрее, чтобы не оборачиваться.

— Да ладно тебе. Тело видела какое? У наших таких нет. — мечтательно вздыхает Кира.

— А мне нравятся наши. Ухоженные, красивые, пахнущие парфюмом, а не машинным маслом.

— Не, наши — это не то… — продолжает подруга.

— Да он налысо бреется, только потому что не в курсе, что существует шампунь.

— Малика, ты преувеличиваешь. Кира права, мне тоже он понравился. Такой… прям настоящий мужик. На плечо закинул и в берлогу свою отнёс. А наши — хлюпики.

Во гонят девки…

— Ну, если он вам так зашёл, — хмыкаю, скрещивая руки на груди. — Можете попытать удачи, а я куплю себе попкорн и буду ржать над вами.

— И почему это сразу ржать? — возмущается Кира.

— Да потому что всё, что не имеет двигателя, Ваню не интересует, — пожимаю плечами. — Я вообще ни разу не видела его с девушкой. А если бы увидела — пожалела бы бедняжку. Я уверена, что он даже не в курсе, что такое ласковые слова и комплименты.

— Думаешь, такого невозможно влюбить? — не сдаётся Кира, настраивая зеркало заднего вида.

— Нет, конечно, ничего невозможного. Всё зависит от исходных данных. Но на вас он точно не поведётся.

— На нас не поведётся, а на кого тогда поведётся? На тебя? — Кира смотрит на меня, хитро прищуриваясь.

— Если захочу. Вы же меня знаете, — уверенно отвечаю с королевским видом.

Катя хлопает в ладоши:

— О-о-о, новая ставка?

Бли-и-ин, начинается!