Книга Развод с прошлым, страница 33 – Марина Безрукова

Анна встала, подошла к Аркадию и забрала у него бумаги.

— Мы разводимся. Потому что Ваня мне изменил. И это его плата. В том числе вот за это.

Руки Анны взметнулись вверх, ловкими движениями пальцы пробежались по волосам, и в следующую минуту вся эта безупречная каштановая волна оказалась у нее в ладони. Она сняла ее одним движением, как срывают маску.

У меня приоткрылся рот. Секретарша Женя тихо ахнула и прижала к губам пальцы. Аркадий Савельевич замер, испуганно округлив глаза. Я увидел, как за стеклянной стеной останавливаются сотрудники, как вытягиваются лица женщин и застывают цементом подбородки мужчин.

Голова Анны была похожа на разоренное гнездо. Там и сям зияли белые проплешины, едва прикрытые жалким пухом. Это было ужасно.

Я отвел глаза. Что это с ней? Заболела? А вдруг это заразно? У меня зачесалось под мышкой.

— Не переживай, — усмехнулась Анна, словно прочитав мои мысли. — Это не заразно. Это алопеция. И вызвал ее стресс. Стресс, который устроил мне ты, когда кувыркался в моем доме, — она подчеркнула интонацией «в моем доме», — со своей куклой. Но в связи с возникшими перспективами, я это как-нибудь переживу.

Анна аккуратно сложила бумаги в папку, подвинула ко мне мой экземпляр и вышла, оставив за собой шлейф немоты.

— Ванечка, ты где-то не со мной, — улыбнулась Яна, приподнимая бокал.

Выглядела она восхитительно, будто и не карабкалась два часа назад на отвесную стену на скалодроме. Словно горная козочка, легко находила уступы, цеплялась за едва заметные бугорки, подтягивалась на страховочном тросе и перепрыгивала то выше, то ниже.

Натужно пыхтя, я старался повторить, но выходило плохо. Сердце колотилась о ребра, не давая глубоко вдохнуть. Каждая мышца тряслась от напряжения. В какой-то момент сорвался и унизительно повис, как свинья на веревочке. Конечно, сошел с дистанции под хихиканье Яниных друзей. Поджарый, гибкий, как ягуар Пашка хлопнул по спине: «Норм, дядь, лет через пять будешь, как мы». И заржал, будто конь. Сволочь.

— С тобой я, с тобой, моя любовь, — растянул я в улыбке рот.

Но в голове так и прокручивались кадры из переговорной. Анна, бумаги, волосы, снятые с головы… И деньги! Просто куча денег, которые я по своей глупости сам лично отдал ей в руки! Скрипнул зубами, пережевывая мясо. От усталости и нервов не почувствовал вкуса.

Через час оказались в номере. Но радости я уже не ощущал. Прислушивался к шороху в ванной, куда загадочно улыбаясь, удалилась Яна. Пытался унять сердце, которое будто взбесилось.

— Пришло время десерта, дорогой, — Яна распахнула халатик.

Сердце глухо ударилось о грудную клетку. Словно попросилось наружу. Я притянул Яну к себе, скользнул пальцами по ее шее, отводя назад волосы. Зажмурился, чтобы не вспоминать, как ужасно выглядит без волос Анна.

Огромная кровать приняла наши тела. Я впивался в Янины губы, грубо ласкал грудь, замирая на секунду от спазма, который нет-нет да и прошивал слева. Я снова почувствовал себя на отвесной стене. Каждое движение требовало титанического усилия.

И вдруг в самый пик, когда до взрыва оставалось совсем чуть-чуть, леденящий кулак сжал сердце. Выбил из груди воздух, заставив ловить его как выброшенная на сушу рыба. В ушах загудело, навалился черный липкий ужас и боль. Всепоглощающая боль.