Книга Жена по завещанию, страница 50 – Анна Гур

Кивает заторможенно.

— Так надо...

Повторяет, а затем руки поднимает в нерешительности, будто сама думает, что ей делать: истерить, паниковать, плакать, бить каблучками о пол или попытаться меня вразумить.

Я буквально чувствую, как шестеренки в голове моей бывшей невесты шевелятся

— Ты бесчувственный чурбан, Юсупов! — не выдерживает, больше не может играть роль хорошей девочки. — Что значит, невесту поменять?! Ты... ты просто эмоциональный калека!

Как робот! Киборг Ни чувств! Ни эмоций!

Резко разворачивается и цепляет со стола бутылку, из которой я себе наливал, и кидает ее в стену.

— Ненавижу тебя! Это все из-за той моли, да?! Из-за блеклой мыши! Ты на ней женишься, да?! Что тебе в ней зашло?! Ни рожи, ни кожи! Стыдно с такой в обществе появиться!

Поднимаю руку. Чувствую, как жилы натягиваются от напряжения.

— Не продолжай, Крис, за каждое последующее слово — влеплю неустойку, ты ведь не хочешь лишаться счетов, которые я открыл на твое имя, салона красоты, который подарил, ну и все прочее. Прими мое решение. Это не повод для переговоров и дебатов. Ситуация изменилась. Я больше на тебе жениться не могу. Ничего личного.

По мере того как говорю, моя бывшая невеста бледнеет, затем краснеет, затем и вовсе идет пятнами. Конечно. Терять деньги — в ее желания не входит, но уязвленное самолюбие и порушенные мечты стать Юсуповой дают о себе знать, а я вот наблюдаю за реакциями.

Если хочешь увидеть истинное отношение человека — отними у него что-то и посмотри, что будет.

Ну и вот сейчас я кое что вижу, что не является для меня новостью или же неожиданностью. Все просто. Все предельно просто.

Кристина кивает будто своим мыслям.

Выдыхает.

Смотрит мне в глаза, чувствую, как хочет сказать очередную гадость, либо послать в мою сторону проклятие, но мое предупреждение слишком явное.

За каждое слово будет лишаться того, что имеет материальную ценность. Это болезненно, а моя бывшая со мной достаточно времени провела, чтобы понять, что каждое мое слово имеет за собой фундамент и придется ей прощаться с тем, что уже считает своим.

Поэтому Крис прикусывает губу. Смотрит на меня. Затем вверх, где расположены спальни.

— Я пришлю за своими вещами помощницу. Этого не хватало, чтобы я еще что-то собирала.

— Твое право, — отвечаю лаконично.

Кристина же поправляет юбку, оправляет на своем идеальном теле одежду, проводит ладонями, будто демонстрируя, что именно я сейчас теряю, и разворачивается на каблуках, уходит, покачивая бедрами, специально заводя.

Она знает мой темперамент и прекрасно осознает, что такой разрядки мне мало. Секс для меня что-то вроде спорта и пока я не выложусь по максимуму, до приятного потягивания в мышцах — я не получу удовлетворения, а то, что было минутами ранее, мне конкретно мало.

Дверь за моей бывшей захлопывается с такой силой, что хорошо, что штукатурка с потолка не сыплется, а вот я сжимаю зубы.

Иду к бару и вытаскиваю другую бутылку, щедро наливаю себе пойла, которое терпеть не могу, но сейчас во мне клокочет ярость.

Осознание, что моя жизнь перестает принадлежать мне, давит и вызывает внутреннее неприятие ситуации и агрессию.

Вновь бросаю взгляд в сторону лестниц и ступаю по ним туда, где расположена комната моей будущей жены.

Открываю дверь, в глаза бросается тонкая фигурка девушки, лежащей на кровати в позе эмбриона.