Книга Простить или полюбить, страница 29 – Вероника Стужина

Сергей косится на широкие ступени, где все еще стоит Ваня со своим букетом. Потом бросает на меня виноватый взгляд.

— К сожалению, Анна Александровна, причина развода значения не имеет. Это скорее, моральные аспекты, и у каждого они свои. Мне жаль, но мы не сможем вернуться сюда раньше назначенного срока.

Отлично! Еще два месяца я буду женой этого придурка.

— Почему его так легко послушали? Его мнение что, важнее моего?

— Нет, — вздыхает Сергей. — Увы, это распространенная практика. Люди прямо в суде приходят к компромиссу, восстанавливают отношения. Никто не хочет разрушать семью. Вот суд и дает отсрочки. Особенно в том случае, если один из супругов против развода.

— Но мне ведь эта отсрочка не нужна! Я не собираюсь к нему возвращаться! — стою я на своем.

Взяла бы этот букет и хорошенько огрела им Ваню по роже. Лицемер поганый.

«Любовь всей моей жизни, она просто все неправильно поняла, обиделась. Но мы любим друг друга, шесть лет живем душа в душу. Она у меня молодая, ревнивая. Но самая любимая и родная... Хочу все вернуть как было. Я готов землю грызть, чтобы заслужить ее прощение».

Вспоминая его речь, мне становится тошно. Выставил меня перед людьми ревнивой дурочкой, которая не может совладать со своими эмоциями. А о том, что целовался с моей полуголой подругой в нашей постели, он предусмотрительно решил умолчать.

— Вас никто не заставляет возвращаться, — уверяет Сергей. — Просто попробуйте встретиться с ним, поговорить без эмоций. Может, и правда что-то получится?

Я сверлю адвоката гневным взглядом.

— Вы не семейный психолог, Сергей. Вы мой адвокат по разводу. Так что, прошу вас, перестаньте давать советы касательно моей личной жизни.

— Извините, — он мнется. — Просто я смотрю на него. Он так искренне говорил, так смотрел на вас. Видно, что любит и не хочет терять. Может, он и правда ошибся, людям ведь это свойственно.

Что за романтик мне достался? Рекомендовали как толкового специалиста, а на деле — любитель мыльных опер.

— Вы женаты, Сергей? — резким тоном спрашиваю я.

— Нет. А что? — мой вопрос его явно озадачил.

— А то, что вам не понять, что я чувствовала, когда застала его полуголым в компании своей подруги. И поверьте, любовью там и не пахло. Так что советую вам спуститься с небес на землю.

Знаю, что не права. Знаю, что не все изменяют, что на свете остались еще хорошие и верные люди. Но меня сейчас так распирает от злости, что я готова обидеть кого угодно.

Ваня сам виноват, что поставил крест на нашей жизни. И вместо того чтобы помочь нам выйти из ситуации достойно и цивилизованно — сделал только хуже.

— Аня, можно тебя на пару слов? — голос мужа вызывает неприятную дрожь во всем теле.

— Чего тебе? — без церемоний спрашиваю я, переводя взгляд с Сергея на него.

— Поговорить хочу. Наедине, если можно, — добавляет он.

— Ну, до свидания, Анна Александровна, — прощается Сергей и оставляет нас.

Как только мы с Ваней остаемся наедине, внутри снова начинает бурлить вулкан.

— Ну, и о чем ты хотел поговорить? Разве мы не все обсудили?

— Нам дали срок на примирение. Очевидно, что нам нужно пообщаться. Ты так не считаешь? — он снова сует мне свой веник. — Держи, это тебе. Твои любимые.

Неужели он надеется, что одним букетом и парой вежливых фраз можно что-то исправить?