Книга Бывший под елкой. Давай начнем сначала, страница 33 – Екатерина Дибривская, Виктория Кожухова

А буквально в следующее мгновение в номер вваливается Эвелина.

Подходит сразу ко мне, раздражая рецепторы удушливым сладким ароматом духов, целует, и я чувствую отторжение. Мне неприятны её поцелуи, даже поверхностные.

После поцелуев со Светкой я вдруг отчётливо понимаю, что не хочу целовать более ни одну другую женщину.

— Привет, Масик, – громко, сюсюкающе произносит Эви. – Не успел соскучиться?

— Нет, – просто отвечаю ей, отодвигаясь подальше.

Она смеётся, словно я сказал какую-то шутку. Расстёгивает шубку, снимает кофточку, оставаясь в красном кружевном белье. У меня внутри – ледяной вакуум. Никакого признака возбуждения. Даже крохотного его отголоска. Меня больше не заводит эта женщина. Напротив, возникает желание накинуть на неё одеяло, прикрыть. Не для того чтобы не смотреть. Потому что не хочется видеть в таком виде постороннюю бабу. Только свою, лежащую сейчас с моей собакой под кроватью.

Ситуация перестаёт меня веселить. И перестаёт мне нравиться. Хочется скорее исправить дурацкую шутку, потому что, если поразмышлять объективно, Соколова меньше всего заслуживает прятаться от моей якобы девушки как какая-то любовница.

— Я собираюсь на склон, – говорю Эвелине. – Пошли, прокатимся.

— Я хотела принять душ и отдохнуть, не выспалась, – отнекивается Эви. – Давай после обеда?

— По прогнозу к вечеру снегопад, а мы собирались кататься, – напоминаю ей. – Не заставляй меня жалеть, что взял тебя с собой и вынужден менять планы, потому что ты решила повеселиться с подружкой.

— Ой, вот только не начинай, а! – злится она. – Сейчас переоденусь.

Через десять минут Эви полностью готова. Прямо новый рекорд, и меня настораживает её покладистость. Из-за похмелья я всё ещё соображаю туго, поэтому откладываю эту мысль до лучших времён.

Перед выходом заглядываю под кровать и говорю:

— Будь умницей и веди себя хорошо.

Лулу приподнимает уши, не сводя взгляда со Светки, которая, напротив, смотрит на меня испепеляющим взглядом, обещающим скорую расправу. Эх, ну вот хотел ведь просто повеселиться! А теперь придётся как-то заглаживать свою вину.

* * *

Мы берём доски и едем на трансферном автобусе отеля на склон. Настроение испорчено появлением Эвелины и спонтанной поездкой, никакого настроения катать нет.

На подъемнике начинаю закипать, потому что Эви всю дорогу делает селфи в поисках идеального кадра. Могла бы ради приличия просто поговорить со мной, рассказать, как провела время, узнать, как у меня дела. Но нет. Новая фоточка для сторис для неё важнее!..

Поднявшись к началу трассы, я не выдерживаю и брякаю:

— Как потусила с подругой?

— Да как обычно, – пожимает она плечами.

Печатает что-то в телефоне, отвлекаясь.

— Эвелин, – тихо обращаюсь к ней. – Зачем ты тут?

Она отрывает взгляд от экрана.

— В плане зачем? Ты же хотел прокатиться на сноуборде.

— Не тут, на склоне, – поясняю я. – И даже не в отеле. В моей жизни ты зачем?

Она наконец блокирует телефон и даже убирает его в карман горнолыжного костюма. Смотрит на меня задумчиво.

— Что-то я не поняла, что ты пытаешься мне сказать…

— Ну чего же непонятного, боже! – взрываюсь я. – Тебе не интересно, чем я живу. Ты не стремишься делиться со мной тем, чем живешь ты. Между нами всегда был по сути только секс, а в последнее время и его практически нет. Ты не хотела ехать на открытие отеля, но в последний момент передумала. Я считал, что это вдохнет жизни в наши отношения, но нет… Напротив, я всё чаще перестаю видеть в них смысл…