Книга Предатель. Ты меня (не) заменишь, страница 44 – Ира Дейл

— Простите, — он так быстро срывается с места, что я даже дернуться не успеваю, чтобы остановить его.

Парень с невероятной скоростью покидает банкетный зал, уходя в неизвестном направлении. Меня так и тянет пойти за ним, и я обязательно это сделаю, чуть позже.

Сейчас у меня есть другое о-о-очень важное дело.

Поворачиваю голову к Светлане, впериваю в нее полный отвращения взгляд.

— Как ты посмела поднять руку на ребенка? — цежу сквозь стиснутые зубы, делая шаг вперед.

Мне приходится изо всей силы сжать кулаки, иначе чувствую, что не выдержу.

— Мил… — Лена дотрагивается до моего плеча. Явно пытается остановить меня от совершения непоправимого поступка. Но мои глаза уже давно застелила кровавая пелена, и только чудо может предотвратить начало конца.

— Я вроде бы с тобой разговариваю, — веду плечом, сбрасывая руку подруги, надвигаюсь на Светлану.

Не знаю, что женщина видит на моем лице, но видимо, ничего хорошего, раз, спотыкаясь, начинает отступать.

— Я делаю со своим сыном все, что хочу, — бормочет, хотя явно хотела произнести этот бред твердо, если судить по вздернутому подбородку.

Вообще, Светлана явно пытается храбриться. Вот только настороженность в ее глазах смешивается с зарождающейся паникой, и я это прекрасно вижу. Мне бы притормозить, но реакция женщины меня только раззадоривает, а в ушах все еще звенит от недавно прозвучавшей пощечины.

Стоит только представить как было больно Антону, не только физически, но и морально, меня буквально подкидывает.

Сердцебиение учащается, дыхание становится рваным. Впиваюсь ногтями в ладони. Скорее всего, на моем лице появляется бешенное выражение, раз Светлана тушуется.

— Что тебе от меня надо? — оглядывается через плечо. Ищет пути к отступлению?

— Чтобы ты сказала, какого хрена, смеешь распускать свои культяпки, — дышу тяжело, чувствую, что вот-вот сорвусь.

— Я уже сказала! — взвизгивает Светлана. — Это мой сын! Не твой! Не вмешивайся в наши дела!

— Твой, говоришь, — сужаю глаза. — Я знаю, еще одного человека, чей Антон сын. Слава знает, что ты бьешь его, — голосом выделяю последнее слово, — ребенка?

Страх, отразившейся в глазах женщины, становится мне ответом.

— Он тебе все равно не поверит. Тут твое слово против моего, — после секундного замешательства заявляет женщина и расплывается в самодовольной ухмылке. — А Антон ничего не скажет, — складывает руки на груди.

Вот же сука!

— У меня есть свидетели, если ты не заметила, — указываю голову в сторону Лены. — А еще… — поднимаю глаза к потолку, смотрю в угол, где установлена камера.

Светлана хмурится, прослеживает за моим взглядом и… белеет.

Видимо, подумать о том, что в пятизвездочном отеле везде будут понатыканы камеры, мозгов не хватило.

Удовлетворение теплой волной разливается в груди, чуть притупляет ярость. Я начинаю более или менее соображать. Глубоко вздыхаю, медленно выдыхаю и намеренно расслабляюсь.

— Посмотрим, что скажет Слава, посмотрев “кино” о том, как ты “делаешь, что хочешь” с его сыном, — выгибаю бровь.

Желание взять у службы безопасности отеля запись становится почти неконтролируемым. Вот только есть другая вещь, которую нужно сделать в первую очередь. А запись… что-то мне подсказывает Лена ею займется. Мы всегда понимали друг друга с полуслова.