Книга Утро начинается с... любви, страница 87 – Наталия Романова, Ксюша Литт

Андрей с надеждой уставился на Дину. Ведь в самом деле так всё и было, он ничего теперь не выдумывал, говорил как есть.

— Не веришь?

— Ну почему же, верю. – Дина отошла к окну и задумчиво уставилась на запущенный в очередной раз кем-то фейерверк. – Пока всё складно. Девочке Дине нравятся простые мальчики. Ты выбрал правильную стратегию. – На улице грохот прекратился, она обернулась, прислонилась задом к подоконнику и уставилась пустым взглядом на Андрея. – Дальше что?

— Дальше? – растерялся он. – Что дальше? Вроде всё сказал. Ты мне действительно очень дорога, и я не хочу тебя терять.

Подошёл к ней, оперся руками о подоконник, склонился, заглядывая в глаза.

— Прости, что обманывал.

— Понятно, не наигрался, значит, ещё с дурочкой, – хмыкнула она. – Пар до конца не выплеснул. Или как там это вы ещё называете? Не до конца переработал негативную энергию во благо?

— Что? Энергию? Негативную? – ничего не понял Андрей. – Ты о чём? В какое благо? Что за дичь?

— Откуда я знаю, какое у вас там благо, – презрительно буркнула. – Многомиллионное, наверное. Твоя женщина, Андрей, просто святая. Поражаюсь, какая она понятливая. Мне вот лично, дуре – это никак не понять. В Новый год, в праздник отпустила милого дошлюхаться до конца с временным увлечением? Закрыть гештальт, так сказать. Очень благородно. Главное, чтобы во благо всё было.

— А. Вот что. Гештальт, значит, – понятливо покивал Андрей, досадно выдохнул и нервно взъерошил рукой волосы. – Да-да. Ясно теперь, про какое ты благо. Это ты про Лию. Да, конечно. Извини. Про неё ещё не объяснил. Точно. Прости. Дурак. Голова просто кругом от всего случившегося. Про неё надо было в первую очередь, конечно. Извини. Сейчас всё объясню. Смотри, – он приподнял Дине подбородок, чтобы она действительно посмотрела на него. Прямо в глаза, и поняла, что и тут он ей расскажет чистую правду.

Она уставилась на него смело, решительно. Надменность даже попыталась изобразить, словно ей всё равно. А вот губы предательски дрогнули от затаённой обиды.

— Прости, – повторил он, сожалея, легко коснулся их пальцами. – Это вообще полное недоразумение вышло. Я не знаю, что она тебе вообще говорила. У меня не было ни желания, ни сил выяснять это. В любом случае, прости за всё случившееся. В общем, постараюсь сейчас коротко и ясно. Так вот. Лия, с которой тебе, к сожалению, пришлось столкнуться. У меня с ней уже ничего нет. Вообще ничего. Она не моя женщина. Может, она, конечно, святая и понятливая, в чём я лично очень сомневаюсь, но не моя – это главное. Давно не моя. Понимаешь?

Дина упрямо покачала головой.

— А надо понять. На данный момент у меня только одна женщина – это ты. И всё. Больше никого нет. Никого. Так что, никто меня никуда не отпускал закрывать гештальты. Никто не благословлял. Всё это полная дичь, которую серьёзно воспринимать смешно.

— Мне не смешно. И эту дичь рассказала мне она.

— Охотно верю. Она любит поговорить. Особенно про переработки всего возможного во благо, профессия у неё такая. Так что, вообще много чего она могла тебе рассказать.

— Очень много, и я видела ваши фотографии. На Мальдивах, Доминиканах, ещё там где-то. Вы были вместе. Вполне счастливые и друг другу принадлежащие.

— Да, есть такие фотографии. Мы с ней много где были вместе.