Книга Что случилось на балу?, страница 54 – Сабрина Джеффрис

— Я хочу сопровождать Джоселин еще по одной причине, — вдруг сказал Натаниэль, избегая взгляда Элизы. — У нее приличное приданое, и мне не хотелось бы, чтобы оно досталось какому-нибудь охотнику за состоянием. Я хочу убедиться, что никто из потенциальных кавалеров не женится на ней только ради ее богатства.

— Приданое? Не может быть! — Она уставилась на него с недоумением. — И когда ты собирался рассказать мне… и… и моим сестрам, что у нее есть приданое?

Он пожал плечами и наконец, посмотрел ей прямо в глаза.

— Я бы рассказал тебе о ее приданом, если бы убедился, что ты перестала приписывать мне с Джоселин роман. — Он глубоко вздохнул. — Как ее опекун, я отвечаю за ее наследство, достаточно внушительное, чтобы обеспечить ее приданым, хотя я все равно хотел бы, чтобы она нашла хорошего мужа, а не просто охотника за богатыми невестами.

Сдерживая резкие слова, Элиза заставила себя улыбнуться.

— Понимаю. И я полагаю, все это время ты оплачивал содержание Джоселин и ее сына, чтобы ее наследство не пришлось тратить на повседневные нужды.

— Именно так, — с раздражением ответил он. — Как ты могла догадаться, Джоселин не требует больших затрат на еду и одежду.

— Кроме всех новых платьев для ее выхода в свет. Не говоря уже о нашем гонораре за помощь в организации светских мероприятий. — Она понизила голос. — Так что, по сути дела, она твоя любовница, просто ты с ней не спишь.

Натаниэль помрачнел.

— Ты ведь понимаешь, что она не моя… — Тут он осекся, заметив лакея, который прислушивался к их разговору.

— Я понимаю, — прошептала Элиза. — Вероятно, она все еще питает к тебе нежные чувства, но очевидно, что ты не испытываешь к ней того же.

Он перестал хмуриться.

— Я даже не уверен, что она все еще влюблена в меня. Думаю, нас с ней объединяли только армия и ее отец. Чем больше времени проходило с момента его смерти и нашего возвращения в Лондон, тем легче ей было отпустить и меня. И меня радует, что она больше не страдает.

— Возможно. И все же, мне кажется, она чувствует себя с тобой гораздо свободнее, чем с кем-либо другим.

— Правда? Тогда воспринимай ее как мою сестру. Или племянницу, дочь или любую другую родственницу, которую ты можешь назвать.

Она задумалась, постукивая по подбородку указательным пальцем.

— Интересно, кто тогда Джимми? Племянник? Двоюродный племянник? — Она безуспешно пыталась подавить рвущийся наружу смех. — Внук?

— Черт возьми, нет. Я не настолько стар, господи помилуй. Мне пришлось бы стать отцом Джоселин в… в десять лет.

Она рассмеялась.

— Я поддразниваю тебя, Натаниэль. Где твое чувство юмора?

— Не ожидал подобных шуток, — пробормотал он. — Ты раньше не дразнила меня. Мне потребуется время, чтобы к этому привыкнуть.

Она покачала головой.

— Ты безнадежен. Свет еще не видывал развратника, который боится подвоха от женщины.

— Я не развратник.

— Хорошо, бывший солдат. Я все равно считаю, что ты не даешь Джоселин возможности выбрать самой. Если ей понравится кто-то из офицеров…

— Довольно, проказница-шутница. Мы не можем стоять здесь и обсуждать возможный выбор Джоселин целый день. — Он помахал лакею, и тот поднес красивый букет, который Натаниэль затем протянул Элизе. — Это тебе.

Этот галантный жест застал ее врасплох. Она не ожидала от него никаких подарков, особенно после того, как он явно не желал оставаться с ней наедине и рассердился на нее из-за намерения познакомить Джоселин с офицерами.