Книга День правды и лжи, страница 113 – Мари Вудс

Значит — Демон и Сикера? Эти ребята точно умеют давать имена эльфийским лошадям?

За пределами Заклятья Щита закипал бой. В три мягких направленных шага Тандуилец оказался напротив стаи. Клинок описал короткий сияющий полукруг и замер, уставившись концом на мчащихся на него демонов. Я невольно залюбовалась его отточенными движениями. Сайлас — это внимательный взгляд и жидкая грация, когда он движется.

Отмечаю каждую деталь его выпада, как будто это разворачивается в стоп-кадрах: движения быстрые и точные, каждый удар — смертельный.

Двигаясь уверенно, не совершая лишних движений, Сайлас прорубался через стаю. Пламяры шарахались от его, но разворачивались и снова бросались под меч. Их умственных способностей не хватало, чтобы спастись бегством. Когда с ними было покончено, Сайлас шагнул через Заклятье и остановился напротив, оценивая обстановку. Взгляд медленно прошелся по мне и по его коню, развалившемуся рядом. По моей руке, ласкающей конскую шею. Бровь удивлённо поползла вверх:

— Обычно к чужакам Демон относится плохо.

И странно — он не разозлился. Не из-за того ли, что под кожей у него до сих пор пел адреналин? Я это не просто чувствовала — чуяла. Как запах кофе за пару десятков миль. Короткая схватка прошлась по его волосам — теперь они выглядели так, будто он только что выбрался из постели, где чьи-то жадные пальцы зарывались в них в порыве страсти.

— Как ты додумался назвать эльфийского коня Демоном? — поинтересовалась я, освобождая голову от мыслей о постели и этом Бессмертном в ней.

— А что не так? — усмехнулся Сайлас, переводя теперь уже заметно остывший взгляд на Демона, блаженствующего под моей лаской.

Конь задёргал шкурой и нехотя встал на ноги. Решил не рисковать. Он был умен и хорошо знал своего хозяина.

Я тоже встала. Пожала плечами:

— Да ничего, просто эльфийских коней так не называют.

Очень просто было его прочесть — взгляд и усмешку углом рта. Он не для того пришёл в этот Мир, чтобы ему диктовали, как называть своих коней.

— Где ты взял такого? — предвкушение истории подцепило меня на крючок и притянуло ближе к Бессмертному.

— Купил, — ответил Сайлас. — Купил? — абсолютно не веря, уставилась я на него. И увидела, как темнота снова крадётся в его взгляд вместе с ничем не прикрытой злостью.

— Да я не имею в виду, что украл, — включаю я задний ход.

Зачем сразу думать худшее?

— Может, он спустился к тебе с небес на сияющем облаке... Или ещё что-то такое. Он же очень красивый.

Внутри него расслабляется туго скрученная пружина — самоконтроль. Теперь он может прищуриться и смотреть на меня сверху, как на девочку, любящую сказочки.

— А если он красивый, то я не могу назвать его Демоном?

Имена — это не ко мне. Называть — всегда было для меня «un osso duro» — трудной задачей.

— Можешь, наверное, — пожимаю я плечами. — Есть и демоны красивые. — Красивые демоны? — Ну да, — сигмуры например. Они красивые. — Ты считаешь сигмуров красивыми? — Да, а ты не считаешь?

Сайлас считал. Без сомнения, была в сигмурах какая-то особая, завораживающая, хищная красота. Переливчатая чешуя уходила из густой синевы в серебро, скорпионий хвост заканчивался сияющим копьём. Пахли эти огромные твари яростью и льдом и были единственными демонами, на которых я по-настоящему любила охотиться. Потому что они не воняли и не пачкали мой костюм слизью, а не потому, что были до крайности опасны и стояли на втором месте в любых демонологиях.