Книга Драконье счастье, страница 57 – Марина Ефиминюк

На черной бархатной подложке в углублениях покоились реставрационные инструменты: круглая серебряная игла для сшивания магической ткани, узкое, изящное стило, шило со сложной гравировкой на деревянной рукояти. Никогда в жизни мне не доводилось держать в руках таких дорогих инструментов.

— Обновим? — предложил Киан.

— Мои новые инструменты? — почти оскорбилась я, потому как собиралась их бережно хранить, и категорично закрыла крышку.

— Почтовая шкатулка сломалась, — объявил он.

— Почему ты не вызвал дворцового артефактора?

— Зачем? У меня супруга с дипломом реставратора магии, — хмыкнул Киан. — Или отдать Вигдису? Он позаботится.

— Нет! — Я шустро встала с дивана. — Давай пожалеем твоего смотрителя.

Киан гостеприимно указал на письменный стол, дескать, устраивайся поудобнее. Не колебалась ни мгновения! Вряд ли мне доведется еще когда-нибудь посидеть в вальяжном кресле правителя.

Помнится, отец без его ревностного пригляда не позволял приближаться к рабочему столу. В детстве из чувства противоречия я забиралась в кабинет и туда-сюда крутилась в кресле с вращательным механизмом. В итоге оно расшаталось и сломалось прямо под папой. Грохот стоял на весь особнячок. Повезло, что никто не догадался, по чьей вине хозяин дома две недели ходил с рукой на перевязи из цветастого платка.

С предвкушающей улыбкой я уселась во властительское кресло и обнаружила, что этот символ величия для девушки среднего роста изрядно низок, а крышка стола достает до груди. Заниматься починкой в таком положении было невозможно. Не ковырять же массивную почтовую шкатулку на коленях. Пришлось подняться и с недовольной миной показать на бумаги, заполнившие стол:

— Не против?

Не дождавшись разрешения, с помощью магии я заставила документы собраться аккуратной стопочкой в углу стола, а потом подтянула к себе почтовый артефакт с золотым гербом рода Йорнов на крышке.

— Что с ней случилось? Магия путает адреса, конверты сгорают, или почта не доходит?

Оказалось, что с самого утра перестала приходить корреспонденция. Самым внимательным образом я проверила стенки, заглянула внутрь шкатулки и, перевернув этот увесистый артефакт, обнаружила печать на внешней стороне днища.

Новое стило идеально легло в руку — просто восторг! — и я с уважением кивнула Киану, дескать, как по моей мерке создано.

— Было бы некрасиво дарить инструменты, которые не сделали специально для тебя, — прокомментировал он.

— А вы знаете, как угодить девушке, дорогой муж, — протянула я.

— Никто не жаловался, — невозмутимо согласился тот.

— Красуешься?

— Зачем?

— Говорю же, что красуешься, — тихо фыркнула я и, сощурившись, аккуратно провела стило по контурам печати.

Некоторое время я с упоением ковырялась в испорченной магии. Каждый раз, когда очередная перегоревшая нить начинала светиться, над шкатулкой на мгновение проявлялась паутинка из хаотичных линий, как правило, невидимая глазу обычного человека.

— Любопытно, — на эсхире над самым ухом проговорил Киан.

От неожиданности я резко повернула голову, едва не уткнулась носом в его подбородок и замерла, как кролик перед божественным драконом. Следовало немедленно отстраниться, но близость его крепкого тела и едва уловимый запах терпкого мужского одеколона внезапно подействовали магнетически. Не хватало силы воли, чтобы отступить хотя бы на полшажочка.