Книга Небеса Элис, страница 51 – Марина Ефиминюк

— Вряд ли вы наводили обо мне справки.

— Ошибаешься.

— Не верю.

Некоторое время они молчали.

— Тебе известно, сколько в мире живет колдунов, способных писать заклинания?

— Знаю, что многие пробуют писать.

Οтец семейства Лазаревых тоже в юности грешил колдовским творчеством, правда, совершенно безрезультатно, но все равно составил целый рукописный гримуар бесполезных заклятий, похожих на стихи без рифмы.

— Настоящие заклинания способны создавать чуть больше трех десятков колдунов. Я один из них, – спокойно объяснил Чжун.

У Элис дрогнула рука, и она приложила максимум усилий, чтобы голос звучал буднично, словно бы она не услышала самой невероятной в своей жизни вещи:

— Ясно.

— И все? – усмехнулся он, чуть повернувшись в ее сторону.

— Хочешь узнать, каким из твоих заклинаний я успела воспользоваться после амнистии? – неловко пошутила она и проворчала: – Не шевелись!

Наконец все порезы были промыты, обработаны антисептиком и заклеены.

— Все готово, – резюмировала «медсестра». – Отдохни. Я возьму уборку на себя.

Она подала Чжуну чистую футболку, брошенную поверх стопки с полотенцами. Морщась от боли, он кое-как натянул одежду и встал, держась за кафельную стенку. Но когда выходил, то помедлил:

— Элис…

— Да? - Она подняла голову и посмотрела на него сквозь измазанное кровью зеркало над раковиной.

— Спасибо.

Девушка кивнула. Несколько бесконечных секунд они молчали, и Элис понимала, что прямо сейчас колдун ответит на все вопросы, позже – откажется, а потому задала самый страшный:

— Это тебя убивает?

— Ты умеешь задавать правильные вопросы, - усмехнулся он. - Убивает. Постепенно. И ңа самом деле я не знаю, очнусь ли после следующего заклинания.

Сердце на мгновение споткнулось. Элис всегда считала, что использование светлой магии естественно для колдунов, как естественно угасание дара к старости, но она помыслить не могла, что кого-то эта самая магия медленно уничтожала.

— За все приходится платить, – тихо вымолвил Чжун. - Особенно за дар. Такие колдуны, как я, всегда чем-то жертвуют. Кто-то теряет рассудок, я – жизнь.

— Почему тебя клеймили? Ты здесь в ссылке?

Он через силу усмехнулся.

— Не пытайся найти между нами схожесть. Не обманывай себя, мы совершенно разные. Эти символы мое спасение, без них я вряд ли дотяну до тридцати, – с пугающим спокойствием ответил он и скрылся в коридоре.

С перепачканным полотенцем в руках Элис тяжело опустилась на крышку унитаза. У девушки тряслись руки, от крови Ким Чжуна под ногтями появились темные полумесяцы. Перепачканную футболку и запятнанные джинсы оставалось только выкинуть в мусорное ведро.

В памяти всплыл восхищенный рассказ крестного о двадцатисемилетнем колдуне, умеющем писать заклинания. Алексей тогда назвал Ким Чжуна надеждой и благословением теневого мира. Восторгаясь редким даром, задумывался ли он о том, что, возможно, принимал за благословение чужое проклятье?

***

В средней школе, где изучали простое бытовое колдовство, Лазарева Эмилия блистала. Казалось, что магия являлась ее истинным признанием,и сколько бы родные не уговаривали, она поступила в Высшую школу ремесла. Но с первых дней стало ясно, что колдунья в жалком четвертом поколении, никогда не сможет тягаться с теми, в чьих жилах текла древняя кровь, насыщенная магией, кақ сладкая содовая – сахаром и пузырьками газа.