Книга Небеса Элис, страница 99 – Марина Ефиминюк

— Ты проснулся, любимый?

Вознесенский и не подозревал, с какой проворностью умел натягивать брюки.

— Здравствуйте, – пробормотал он, застегивая ремень на штанах. Незнакомка с жадным любопытством разглядывала кубики на его прессе, и колдун сдернул с вешалки рубашку.

— Я принесла кофе.

— Спасибо, но я… – Марк принялся застегивать ускользающие из непослушных пальцев пуговицы. – Давайте, выпьем кoфе в следующий раз. Когда-нибудь… или лучше никогда.

— Ты ничего не пoмнишь?

Он выпрямился и внимательнее присмотрелся к «бледной моли», находя до странности знакомые черты в неприметном лице с белесыми бровями и ресницами. И тут его осенило! Перед ним обижено поджимая бесцветные губы, стояла вчерашняя претендентка в жены! Однако без макияжа она даже не походила собственное фото (а в досье, надо сказать, секретарь вложил не самый удачный снимок) и уж тем более не напоминала вчерашнюю красотку из кофейни.

— Помню… кое-что, – соврал Марк.

Ни–че–го! Он не помнил ровным счетом ничего. В голове будто зияла черная дыра.

Последнее, что приходило на ум, как они мирно и чинно пили эспрессо за маленьким столиком во французской кофейне, где продавали отличную выпечку. Девица была мила, в меру болтлива и не хлюпала, когда отхлебывала напиток из крошечной чашки, но не вызывала у Марка никаких эмоций, даже привычного раздражения. И если вопрос, как он попал в зефирно-кукольную комнату, отпал сам собой, тo воспоминание о том, где он надрался до беспамятства, растворилось в частичной амнезии.

— Мы… – Он кашлянул в кулак и многозначительно покосился на живописно измятую постель. – Между нами что-то… кхм… случилось?

— А ты как думаешь? – тихо спросила девица.

Судя по тому, что Марк проснулся в первозданной красе, видимо, это самое и что-тo еще другое случилось. Α может, ни один раз.

— Извините, если я был груб.

— Ты был на высоте, – уверила барышня, как будто колдун почувствовал бы себя лучше от того, что мужская сила не подвела его даже в невменяемом состоянии.

— Рад слышать… – пробормотал он.

Марк впервые оказался в столь глупой ситуации. Глядя на девицу-тень, он решительно признавал, что макияж и алкоголь – вселенское зло, какое требовалось немедленно искоренить. Собственно, под предлогом искоренения колдун решил раскланяться.

— Мне пора.

С деловым видом он взялся за носки, но представил, как под пристальным взором случайной любовницы начнет собирать чулочину гармошкой, а потом, задрав штанину, примется неловко натягивать на волосатую ногу, и заботливо отутюженная пара отправилась в карман пиджака. Втискивать босую ступню в туфли, придерживая задник пальцем, оказалось страcть как неудобно, но Марк с честью справился с обуванием и выпрямился.

Девушка с подносом в руках молчаливо следила за его побегом. Колдун энергично пересек комнату, заставляя невестушку подвинуться, отчего истерично зазвенели миниатюрные чашки. Он взялся за ручку на двери, но помедлил и вдруг вспомнил, что девицу звали Марина.

В душе даже проснулось уважение к бабке Модесте, хитроумно подобравшей претенденток с одинаковыми именами. Ведь всем давно известно, что перепутанное имя, словно заклятье черной магии, превращало даже трепетных институток в свирепых гарпий.

— Знаете… Марина, - напоследок вымолвил наследник рода Вознесенских, – если вдруг случится какое-то осложнение, то не стесняйтесь мне позвонить.