Книга Не злите добрую колдунью!, страница 147 – Марина Ефиминюк

— Звездец, – неожиданно даже для себя, процитировала Тэмри.

— Смотрю, ты оценила, защитница обиженных и угнетенных, – с фальшивой мягкостью протянул Фентон. – Чуешь, да?

— Что? – не поняла я и, втянув носом воздух, покрутила головой.

Драконье жилище, просторное и светлое, как любят крылатые монстры, тривиально пахло конюшней. Может, они и занимали вершину звериной пищевой цепочки, но источали не запахи роз. Увы! Особенно, если пять дней кряду во имя продолжения рода не выпускались поплескаться в горной реке.

— Запах неприятностей!

— Вообще, я чувствую только запах конюшни, – призналась я. – Не надо нервничать раньше времени. Вернем им части Кейрана. С него столько всего ссыпалось, что им хватит весь клан амулетами обвешать. Пусть будут благодарны.

— За что?

— Откуда бы они еще столько драконьих клыков достали? Да мы почти как зубные феи! Они нам еще приплатить должны, – увлекшись, заявила я.

Фентон подавился на вдохе.

— Что ж, зубная фея… В этот раз будешь встречать Торстенов со мной, как и положено верной супруге. Лично отдашь им выбитые клыки, а заодно объяснишь, почему мы возвращаем их Кейрана по частям.

Тоже мне! Напугал светлую чародейку кучкой ведь- маков.

— Как скажете, любезный супруг, – скрестив руки на груди, хмыкнула я.

— Прекрасно!

— Но потом не жалуйся.

Между тем, появился знахарь. Хмурый ведьмак в неизменном черном плаще с недовольной – читай, помятой со сна – миной вошел в раскрытые ворота. С большим апломбом он заявил, что в драконьих хворях разбирается приблизительно так же, как в светлых заклятиях. В общем, никак.

Удивительно, как верховного не разорвало на клочки от возмущения. Пока они спорили, я предусмотрительно отошла к стойлу Зары.

В финале всех принципиальных споров ведьмаки всегда назначали виноватыми чародеев. Накинутся на меня, отгребут добра и благодати полной ложкой, захотят собрать вещички по примеру светлого лекаря. Верховному из собственного замка отчаливать некуда, а знахарь-то попытается. Наверное, даже до ворот доберется и лишь потом повернет обратно. Еще ни один темный, покидая башню навсегда, не уходил дальше замкового моста. Светлые, впрочем, тоже.

Пока они пытались договориться, я проверила широкую корзину, стоящую на колоде. Внутри лежали желтоватые острые клыки длиной в две ладони. Ровно шесть штук. Драконьего рога не было.

Нахмурившись, я открыла смотровое оконце на створке ворот и заглянула внутрь стойла Зары. Она вытянулась на боку и сладко дрыхла, под крылом пряча морду от солнечного света.

Девицей Зараза, как и положено самке, выросла изящной. По гребню шла характерная алая полоска, на перепонках крыльев цвели замысловатые золотистые узоры. Просто образчик беззаботной красоты. С первого взгляда не догадаешься, что смотришь на сосредоточие мирового зла, вселенского коварства и яростной силы, способной излиться на голову несчастного самца.

Пока я изучала засыпанный соломой пол в поисках отломанного жениховского рога, исчадие ада пошевелилось. Отодвинуло крыло и недовольно покосилось на меня одним глазом, дескать, долго будешь таращиться на королеву, когда та изволит почивать?

— Ты чем думала, когда ему клыки выбивала? – ткнув в ее сторону указательным пальцем, забранилась я. – Полагаешь, у нас тут ярмарка женихов, чтобы морду кривить? Бери, какого дали. Иначе останешься старой девой.