Книга Не злите добрую колдунью!, страница 75 – Марина Ефиминюк

Некоторое время Фентон пытливо смотрел мне в глаза.

— Хочешь сказать, что наследие – не гримуар и не артефакт, а дракон?

— Именно.

— Дракон из ларца?

— Скорее дракон из яйца, но да.

— Настоящее яйцо, из которого при хорошем раскладе вылупится маленькая крылатая тварь? – понимая, что со стороны, должно быть, выгляжу чокнутой, еще раз на всякий случай переспросила я. – Считай, последний в семи окрестных королевствах детеныш дракона.

— Так и есть, – невозмутимо кивнул Фентон.

— Охренеть!

— Согласен.

— И у тебя его сперли, – со смешком напомнила я о пустом ларце, возле которого у нас случился магический поединок.

Мы одновременно посмотрели в сторону ритуального круга. Фентон прибрался в той части огорода, и теперь обугленный ларец не валялся на боку, а аккуратно стоял, словно напоминая о том, что никого наследия для нового верховного не сохранил.

— Уверен, что Хэдлей его перепрятал, – не согласился ведьмак. – Он был малость… подозрительным.

— Был? Он уже не скажет, куда спрятал яйцо? – насторожилась я и указала пальцем в небо, хотя была уверена, что после смерти все ведьмаки без исключения попадают в ад. – Его больше с нами нет?

— Нет, он по-прежнему с нами, – как-то слегка замявшись, неохотно признался Фентон.

Догадываясь, что ответ мне очень не понравится, я все-таки спросила:

— И где он?

— В твоем сарае.

Некоторое время мы молчали.

— Думаю, что имею право задать этот очень личный для темного вопрос. – Я кашлянула, чтобы прочистить горло, а то голос начал подводить. – Зачем ты его воскресил?

— Я нашел его в таком… печальном виде и поставил клеймо, чтобы не задавали вопросов.

Чудесно! Ко мне притащили незаконно поднятого мертвеца с фальшивым клеймом.

— А для чего притащил с собой? Расстаться не мог?

— Без любого из Хэдлеев было невозможно открыть тайник, но этот Хэдлей оказался последним.

Некоторое время я молчала, пытаясь собраться с мыслями, но в итоге сдалась:

— У меня нет слов… Хотя вру! Слов много, но воспитание не позволяет их произнести.

— Не стесняйся. – Фентон махнул рукой в приглашающем жесте.

— Достаточно того, что ты не стесняешься, – парировала я, и вдруг в голову пришла странная мысль: – А если за эти годы яйцо стухло?

— Сомневаюсь, что это возможно.

Ей-богу, из тухлых яиц не вылупляются даже цыплята. Разве что монструозные зомби-цыплята. Однажды я вылавливала в деревенском курятнике целый выводок. Скверное было приключение.

— Предлагаю резюмировать. – Я махнула полотенцем, отгоняя мрачное воспоминание, а заодно комаров. – Мы находим яйцо, выводим из него маленького дракона, и наша проблема решается?

— Таков мой единственный план, – согласился он. – Если бы я видел другой способ вернуть себе дар, никогда бы не завел этот разговор.

Справедливо.

— Ладно, Фентон Варлок, отыщем его. В конце концов, что мы теряем?

Не бежать же, право слово, к пресветлому за советом. Я не переживу подобного унижения и издохну следом за чувством собственного достоинства. В корчах.

— Эй, фея! – позвал меня ведьмак, когда я собралась вернуться в дом и, запершись в спальне, хорошенько осмыслить неожиданный поворот. – Коль мы теперь партнеры, погреешь водички помыться? По-партнерски.

— Нет, – бросила я. – Мойся, партнер, в бочке и не смей соваться в мою ванную. Ведьмакам в нее вход воспрещен!