Книга Идеальное совпадение, страница 87 – Марина Ефиминюк

— Примерьте, – подошла ко мне улыбчивая служащая. – Платье полностью готово для носки. В комплект входят маникюр, макияж и прическа. Их можно выбрать по каталогу.

Невольно я проследила за рукой девушки, указывающей на кресла с резными спинками, расставленные вокруг низкого столика. Две благородные дамы листали каталоги.

— Но, полагаю, вам совершенно это не нужно! – уверила она.

Как это не нужно?! Очень даже нужно! Кто покупает магическое платье на один вечер, но при этом отказывается выбрать под него цвет помады и длину ресниц? Первое слово дороже второго! Сказали входит в цену, значит, хочу вместе с макияжем и прической.

— У вас такие красивые волосы! Совершенно ничего не нужно менять.

Я с улыбкой промолчала, что обычно эти красивые волосы торчат в разные стороны, как проклятые, и не сдаются ни одной расческе. Единственные прически, которые они приемлют: воронье гнездо и собранное в опрятный пучок воронье гнездо. Последнее тоже постоянно разваливается. А перед любым торжеством приходится по два часа торчать в кресле мастера-причесочника! Удовольствие, мягко говоря, для терпеливых.

— Вам пойдет изумрудный цвет, – добила меня продавец.

Все! Решено! Покупаю.

Вкрадчивым жестом я подхватила круглую коричневую бирку, свисающую на ленточке с длинного узкого рукава, и посмотрела стоимость божественной красоты. Цена была написана мелкими цифрами и походила на цифровой код. Я поймала себя на том, что приблизила бирку к глазам, словно резко начала страдать близорукостью.

— Кхм… – глубокомысленно прокомментировала стоимость.

— Мы сделаем скидку! – немедленно предложила продавец.

— Сколько? – оживилась я.

— В три! – Она показала три пальца, замялась и выставила еще два, раскрыв ладонь: – В пять процентов!

Похоже, в глубокой старости я умру, ни разу не вспомнив об этом платье.

— Хочу осмотреться. Может, что-нибудь еще симпатичное увижу.

И вообще, чтобы развлечься в торговом доме, необязательно что-то покупать. Можно просто поглазеть. В музей тоже ходят только полюбоваться на экспонаты, не трогая их руками, и ничего – всем весело, никто не засыпает, если трезв, как стеклышко.

С умным видом я остановилась напротив шкафа со стеклянной витриной. Состроила вид, будто с интересом изучаю содержимое полок, но сама-то смотрела на отражение незнакомой ухоженной брюнетки, в которую меня превратили в доме красоты.

— Кружевное, – вдруг раздался голос Илайзы, вставшей рядом.

— Простите? – удивленно оглянулась я.

— Если судить по исподнему, которое разные особы забывали в его комнате, а слуги во время уборки находили, Гаррет предпочитает у девушек кружева.

Она кивнула на шкаф. Я наконец поняла, что как дура залипла возле витрины с откровенным бельем и начала густо краснеть.

— Зачем стыдиться прозы жизни? – Она ласково похлопала меня по плечу. – В нашей семье придерживаются прогрессивных взглядов. А в твоей?

— Мои родители… не настолько прогрессивны.

Они, конечно, выросли не в эпоху первородного языка и считают себя людьми современных нравов, но не до такой степени!

— Возможно, потому что у них не два сына, а одна дочь.

— Вполне вероятно, – согласилась я.

— С другой стороны, я буду не против, если Андэш наконец пожелает выбраться из своей теплицы, – с глубоким внутренним недовольством пробормотала она.